Идём перпендикулярно сплошному потоку пёстрых мародёров. На их фоне – не особо и выделяясь. Если Ваню не считать. Вот это главная проблема. Большая и высокая, демаскирующая проблема.
Мы решили: раз проканало два раза, то, может, прокатит и в третий раз? Бог же любит троицу. Понимаем, что – палево, что не было и не могло быть тут «чемпионов», что морды наши уже достаточно засветились перед мародёрами. Но у нас просто не было никакого иного варианта. Сунулись мы в подземелья, пошли тоннелем монорельса – упёрлись в завал. Ещё бы – земля волной шла, как водное зеркало!
Вот и идём. Пока – нормально.
– Эй! Вы кто такие? – крик над нами. Началось!
Останавливаемся. Какой-то вид летающего транспорта. Ну да, крейсера РЭБ же перестали отрубать всё подряд. Вот они и мародёрствуют.
Смотрит на нас. Явно офицер. И явно – свежепроизведённый. Потому как очень энергичный и амбициозный. Остальные на нас внимания обращают не больше, чем на прочие препятствия.
– А тебе-то что? – ревёт Ваня.
– Доложить по форме! – рявкнул этот хлыщ.
Смешно. Эти бравые вояки хотя и схватились за оружие, но все стоят по бокам хлыща, в линию.
Ваня им выдаёт легенду про «Нетопырей». И что мы – сиротинушки казанские, от мамки – отстали. Цыгане нас украли, гуси-лебеди – унесли. И вообще мы не местные – заблудились так, что переночевать – негде.
– Это они! – взвизгнул хлыщ.
Поздно! Асара, как швейная машинка Зингер, как Анка-пулемётчица – прошивает их всех одной очередью. А не надо так удачно выстраиваться! Удачно – для Асары. А вот для них, соответственно, наоборот.
Ваня держит за горло этого хлыща, Асара – прыгает в этот ковёр-вертолёт, я – тащу Эхра. Спешим. Но подобрать оружие успеваем. Безоружным – хуже, чем голым.
А вот Ваня не спешит. Снимает свой шлем, отрывает голову хлыщу, задирает её вверх, подставляет под красную струю своё лицо, свой рот.
В рот того мародёра! Спешно отворачиваюсь. Угораздило же меня задружиться с вампиром!
Спешащие к нам мародёры, как и я – замерли. То ли в шоке, то ли в ужасе.
– Ты был слишком умным! – ревёт Ваня. – Это тебя и сгубило!
Тело хлыща падает, голова катится по песку. «Ковер-вертолёт» проседает от веса запрыгнувшего на борт великана и – срывается с места, как спущенная с тетивы стрела.
Упираюсь ногами и головой, помогаю Эхру зафиксироваться. Наш «чартер» бросает с борта на борт, то подпрыгивая, то ныряя в «яму». Асара этим старается избежать попаданий по нам. Всё одно – по бортам всё время щёлкает и стучит.
Закрепляю самого себя.
Ваня – уже давно пристёгнут. Шлем свой он опрометчиво оставил на песке рядом с телом хлыща. Прищурившись, смотрит по сторонам, баюкая ананас гранаты. Брови его взметнулись, следом взметнулась рука. За бортом – взрыв! Лёгкая усмешка на окровавленном лице друга.
– Зачем? – спрашиваю я.
– Отвяжись! – огрызнулся Ваня.
Полёт наш был стремительным, но недолгим. Взрыв на корме положил конец полёту. Рёв двигателей пропал. Только щелчки вражеских выстрелов по корпусу.
– Держись! – кричит Асара.
Удар. Боль. Тьма.
Как ни странно, я – первым очнулся. Зависшим над всеми и над землёй. Под 45 градусов к плоскости зарывшегося в землю нашего «ковра-вертолёта».
Сначала смотрю вокруг. Бегут к нам. Не стреляют. Как вас много!
Внизу харкает и кашляет мой большой друг.
– Доброе утро, Вьетнам! – говорю я ему.
– А ты всё шутишь? – огрызается Ваня.
– А то! Ты только посмотри на это! – говорю я ему. – Осталось наложить тревожную музыку – точно будет сцена из зомби-апокалипсиса. Они текут, подобно приливу. Ничего, сейчас приедет на байке Элис с голыми коленями, с мачете и обрезом. И перебьёт всех зомби.
– Какая Элис? – спрашивает Ваня. Судя по щелчкам, освобождающий себя из креплений.
– А кто такая Элис? – пою я. – И где она живёт? А вдруг она не курит? А вдруг она не пьёт? А мы такой компанией возьмём, да и припрёмся к Элис!
– Вадим! – гундит мой друг. – Ты и раньше достал этим своим несмешным юмором, а сейчас вообще неуместно! Перестань! Соберись! Мне нужна твоя помощь! Что делать?..
Слышу длинный, эмоциональный, но сплошь матерный посыл. Причём на нашем, моём, русском мате.
– Ты просишь меня о помощи? – бормочу я. – Но я не слышу в твоём голосе должного уважения…
Ваня застонал. От бессилия.
– Вадим! – чуть ли не кричит он. – Не смешно! И – не время! Как выбираться? Куда?
– Мне тоже, друг мой, мне тоже, – говорю я. – Не смешно. Как там Эхр? Асара?
– Сам посмотри! – сердится Ваня.
