— А ты как думал, — улыбнулся «ковбой», не подрастерявший некоторого щегольского блеска, даже став преподавателем. — Отправь в утилизатор свое желе, давай тебе такой же завтрак сделаю. Думал, на службе только по уставу шагать надо? Военные тоже люди, со своими маленькими слабостями и индивидуальными потребностями. И хороший офицер всегда знает, как их удовлетворять не во вред остальному. А ты-то небось уже навоображал себе всяких ужасов.
— По вашим рассказам, учитель! — ехидно напомнил я.
— Нас еще жестче плющили, когда я был кадетом, — вспомнил Борк, то есть Бен, расплываясь в улыбке. — Но у тебя-то, конечно, по-другому будут. И времени больше для самостоятельных занятий и самореализации, и собственная программа тренировок.
А вот это — новость!
— Коррен, — учитель даже голову к плечу склонил, меня разглядывая. — Лично ректор отправил за тобой корабль. И меня, оформив командировку, между прочим. Ты ведь не думаешь, что Академия так каждого ученика к себе привозит?
— Только за теми, кто до этого «авианосец» лично захватил, — аж надулся от законной гордости Ра.
— Заставлять тебя учится вместе с солнечниками, не проявившими каких-то особых талантов — это все равно, что… — тут Ферандо задумался. — Отправить корабельную плазменную пушку проходить пристрелку вместе с пистолетами! Она ж не просто все вокруг разнесет, она еще и для остальных пристрелку порушит! Понял? И это я тебе не для того, чтобы ты возгордился, говорю. Большая сила — большая ответственность. Причем прежде всего — перед самим собой.
— Во шпарит! — умилилась Ло. — Прям сенсей-ковбой. О! Кун Лао[1], точно!
— Да вы прямо философ, Мастер, — поддакнул рыжей я, только вслух.
— Философия и возможность как следует врезать врагу — неотделимы, ученик, — хмыкнул экс-призовой охотник. — Не знал? Я тебе больше скажу: в далеком прошлом Академия родилась как монастырь в горах Прародины, где монахи искали Просветление. И, как видишь, нашли. Сейчас порубаю и подробно расскажу.
— Примерно четыре тысяч лет назад в одном из горных монастырей Прародины монахи пришли к концепции пути, ныне называемом «путем Солнечника». Или светлым путем, — мы позавтракали, и теперь наставнику ничего не мешало меня просвещать. Тем более я уже пропустил два месяца уроков истории. — Боевое искусство оказалось столь эффективным, что многие одаренные потянулись в этот монастырь учится. Чтобы кормить весьма возросшее количество учеников, монахи были вынуждены брать деньги за обучение. Но самых способных брали бесплатно, предлагая остаться в монастыре и стать будущими наставниками мудрецами, ведущими монастырь к вершина просвещения.
Мой первый учитель отхлебнул чая.
— Шли столетия. Спустя без малого два тысячелетия путь Солнечника оказался единственным официально признанном в том государстве, где располагался монастырь. Остальные сформировавшиеся пути не могли показать и десятой доли эффективности в обучении одаренных. Та страна вступила в военный альянс с другими — и на его базе устроили, как сейчас говорят, центр военной подготовки. Наука и техника тоже развивалось, и в какой-то момент технологический уклад потребовал объединить все государства Прародины в одну единую планетарную структуру. В тот момент монастырь уже именовался Военной Академией. Впрочем, многие традиции предков продолжали соблюдаться. Например, расцветка одеяний…
— Мы уже все поняли, можно не продолжа-ать! — воззвал к экс-абордажнику Красный. Тот его, конечно же, не услышал.
— А мне — интересно, — не согласился Кер. — Что там дальше?
— Дальше Академия сыграла большую роль в подготовке кадров для Центра исследования Гиперпространства — с тех пор главу называют Ректором, а не начальником или главным наставником, подчеркивая научную, а не только учебную или военную роль учреждения. После колонизации Элитеи Академия переехала в столицу Ста Миров, заняв, как занимала прежде, место в сердце Человеческой Цивилизации.
— Впечатляюще! — масштаб исторического пути места, где я буду учится, меня действительно поразил. Судя по тому, как мерцали и сверкали звездочки в глазах у Оранжевой — она тоже не осталась равнодушной к услышанному.
— Конечно, такой исторический путь породил массу традиций, причем есть те, что соблюдаются вот уже все четыре тысячелетия, — похоже, Бену было не впервой рассказывать эту историю. Да еще так гладко, почти без отсебятины. Наверняка как препода заставили едва ли не заучить. — Например, солнечник-ученик с шести и до десяти лет может войти в Академию, чтобы запросить вступительные испытания. И никто не будет спрашивать согласие его матери или какой другой родни. Важен только дар. Прошел — стал кадетом. Даже некоторые дети из Больших кланов так избавлялись от семейной опеки. И ничего их родители не смогли сделать, хоть и пытались.
— А я думал, что клановые внутри кланов обучаются, — ляпнул я. И попытался исправится: — Во всяком случае — в Больших кланах.
