— Все мы тут немного не в своем уме, и она, и я, и ты, — нараспев ответил черный мальчик. Не увидев в глаза контрабандиста понимания, он коротко, но как-то очень сильно пробил собеседника в печень.
— Ау-а! — опять чуть не задохнулся диспетчер. Теперь уже подавившись собственным криком.
— Как можно не знать классику Прародины? Наверное, все же стоит тебя убить, — посетовал мучитель.
И опять такое объемное, почти материальное ощущение смерти вот тут, рядом, на соседнем кресле. Оно, наконец, заставило Генри начать думать и анализировать происходящее не с точки зрения безвольной жертвы. Самый первый и важный вывод он сделал сразу: если все так плохо, что непонятно кто навязал бой в городе — надо валить куда подальше. И если его взяли в плен — то вместе с пленителями.
— Вы хотите выбраться с Фортуны? — быстро выпалил дежурный.
— Ну допустим…
— Я диспетчер-два первой смены в «Стекляшке», то есть в ЦУПе при космодроме! — перебивая черного мучителя, продолжил в том же темпе контрабандист. — Надо захватить центр управления, это ключевая точка. Та пирамида, он внутри! И у меня есть доступ!
— Помолчи, — резко придавил шею диспетчера малец, вглядываясь в остекление кабины. Громко крикнул пилотессе: — Там, на третьем — Ори! Который в воздухе! Кель его туда подкинул, он захватил штурмовик!
Только тут Генри понял, что совершенно не следил за окружением. А оно опять поменялось! Два космических корабля успели упасть на застройку, а третий неторопливо поворачивался и долбил прямо по уцелевшим кварталам!
— Правь прямо на корабль и по мосту передай ему, что нужно обязательно взять под контроль диспетчерскую! — продолжал громкий инструктаж пленитель. — Это вон та пирамида у другого конца космопорта! «Костюмчик» и правда много знает!
«Ха, 'Костюмчик», — фыркнул про себя Генри. Такого прозвища он еще не получал, и оно ему польстило. Гораздо лучше, чем давали ему в школе.
Отстраненные мысли, судя по всему, были защитной реакцией мозга от чудовищного стресса. Девчонка опять заложила маневр на пределе скорости и сумасшедший вираж — почти и не волнует. Увеличивающийся в лобовой проекции тяжелый штурмовой борт пиратов? Тоже фигня. Вон и турели космопорта активируются…
— Вниз! Скорее вниз!!! — прострация мгновенно спала. Уж кому как не Генри было знать протокол, по которому автоматические пушки стреляют!
— Снижаюсь! — завопила в ответ пилот.
— К «ножке» столба башни'! Там мертвая зона! — к концу фразы контрабандист аж охрип. — Да быстрее же…
Какими чудесами флаер сел прямо под пушкой — Генри сказать не мог. Просто в памяти не сохранилось. Следующее, что он осознал: с неба падает, но не разбивается еще один ребенок. Сходит на землю, будто на невидимом лифте приехал.
— Ори! — девочка лезет обниматься со слезами счастья на глазах.
— Не плачь, никуда от тебя не денусь, — кивает новенький. — Так где эта «Стекляшка».
— Пирамида, — показывает рукой Генри. — Только надо двигаться…
— Рывками из мертвой зоны к мертвой зоне орудия, — соглашается пришлый. — Поехали! А то обломки от корабля уже скоро долетят! Используем щит Макира!
Ори
Если издали центр управления полетами напоминал небольшую, этажей в пять, пирамиду из стекла из стали, то к моменту, когда мы до него добрались, здание превратилось в сплошную блестящую на солнце стену. Абсолютно чуждое своей технологичностью и современностью всему, что я видел на этой планете. Такое ощущение, будто пролетающие мимо инопланетяне оставили в земной песочнице, в Воронеже, например, на улице Лизюкова, синхрофазотрон. Инопланетяне — это в смысле откуда-то из центральной зоны Ста Миров!
Ни дверей, ни окон — сплошная сверкающая стена без даже намека на щель.
— Вход? — коротко бросил я пленнику.
Генри младший (так и хотелось добавить между первым и вторым словом фамилию Морган), уже был полностью заряжен на сотрудничество — Ли прямо молодец, обработал как надо! Торопливо кивнув, он подскочил к стене и приложил ладонь к ее ничем не примечательному участку. После чего на ней сразу же отобразилась панель, на которой высветились данные контрабандиста — имя (Форд, кстати, не Морган!), должность и тот факт, что доступ в диспетчерскую ему запрещен.
— Моя смена через несколько часов только должна начаться, не пускает! — скривился Генри, словно его палкой стукнули. — Как быть? Как быть⁈ Он же меня позвал!
Точно не Морган. Тот бы так трусливо себя не вел. Вырождаются пираты! Эх!
— Есть же аварийные протоколы доступа? — подсказал Кунг. — Не может не быть.
— А! Точно! — тут же вспомнил диспетчер. Обрадовался, а потом почему-то сразу взгрустнул. — Я же стажер, помнишь? Заучил служебку, а вот пользоваться… Но нам придется через служебную проверку всех трех фракций как-то пройти проходить.
— Серьезно? — я выразительно обвел рукой космодром, решив пока не уточнять про фракции. Поднимающиеся в разных местах дымы, открытое пламя, мелькающие трассы зажигательных кинетических снарядов и вспарывающие синеву неба короткие росчерки плазмоидов.
— А. Ну да, — выдохнул пленник. И быстро ввел комбинацию символов.
