Все, кому удалось ускользнуть, должны были умереть, включая дракона. Но прежде чем приступить к их уничтожению, он должен достичь полного контроля здесь. Последовательно соединяясь с разными камерами, Скеллор следил за продвижением Афран и Дании по кораблю, не забывая и о внутренней связи посредством модулей. Эти двое сепаратистов действовали сейчас подобно корабельным дронам, подчиненным интеллектам второго уровня, и возможность использовать их в этом качестве показалась ему куда эффективнее, чем попытки установить тотальный контроль. Он мог бы сам призвать оставшихся сепаратистов, но подобное действие вынудило бы его напрямую присоединить каждого к себе, что требовало затрат ресурсов процессоров. Конечно, сохранение определенного объема самостоятельности у подчиненных ему марионеток было оправданно, ведь это позволяло ему сосредоточиться на других задачах. Безусловно, есть некоторый предел количества событий, о которых он мог быть осведомлен. Речь не шла о вычислительных мощностях или объемах памяти, но следовало учитывать некоторые эмоциональные аспекты каждой контролируемой или наблюдаемой ситуации или системы.
Пытаясь повернуть голову, насколько это ему позволяли джайнистские волокна, Скеллор бросил взгляд на другие кресла капитанского мостика и сразу понял, за что ему сейчас следует взяться. Семь кресел – и, по данным с модулей Афран и Дании, семь выживших сепаратистов.
Поскольку объем информации от тех служб корабля, которые он контролировал, уже приобретал лавинообразный характер, Скеллор решил структурировать его и сразу же почувствовал, как стремительно растут джайнволокна, как они поглощают или преобразуют вмещающие материалы – изоляцию, пластики, металлы, стекло. Из клубков оптических кабелей он уже выудил навигационные характеристики, разбросанные по поверхности корабля, и составил компиляцию для одного из кресел; из систем мониторинга двигателей он вывел другую. Далее обработке подчинились системы контроля вооружения, жизнеобеспечения, внутренней безопасности, ремонта и поддержки космической защиты. Менее важные системы он принял без изменений – ремонтные цеха, контроль над корабельными реакторами и прочее… Все командование оказалось в его руках, и подчиненные могли рассчитывать на свободу, которую он им позволит. Он наблюдал, как ростки джайнструктуры проникли сквозь пол под семью креслами и разветвились под ними. Теперь оставалось ждать, пока сюда, на мостик, явится вся его команда.
Это безразличное спокойствие было ему знакомо… Торн догадался: организм отходит от заморозки. Прокручивая в памяти упражнения, к которым он привык за годы тренировок, он старался вспомнить, какое задание было поручено им с Гангом на этот раз. Но память услужливо подсказала ему – Брежой Гант погиб! В первое мгновение им овладело замешательство, но почти сразу же Торн взял себя в руки и попытался определить, где он сейчас находится и ради какой цели. Ему удалось восстановить события, начиная с момента гибели Ганга: возвращение на Землю и попытки генерала отговорить его от отставки, потом переподготовка в секретном отделе ЦСБЗ, две разведывательные миссии внутри Солнечной системы… А затем командировка на Чейн III. Что касается текущих… ах да, он вспомнил!
Сначала послышалось жужжание, потом щелчок, и полоска бледного света сдвинулась влево. После того как отключилась блокада нервной системы, возникло покалывание в области шеи – будто его коснулся кактус. Крышка криококона поднялась, и он увидел собственное отражение на заиндевевшей металлической поверхности. По обе стороны металлического саркофага крепились поручни, и он схватился за них, как только стали слушаться руки. Контактные иглы отделились, по коже пробежали мурашки.
Торн сделал первый вдох, но легкие еще были наполнены жидкостью, пришлось откашляться и сглотнуть. Взглянув влево, он увидел Стэнтона – Джон только что вышел из своего кокона и уже разминался. Видимо, он привык к путешествиям таким способом, а вот Торну потребовалось некоторое время, чтобы размять ноги, спину и шею. Наконец, все-таки держась за поручень – одной рукой, он вылез из кокона и счел нужным прокомментировать:
– К этому никак не привыкнешь.
Стэнтон не торопился с ответом. Сделав пару наклонов и коснувшись руками пальцев ног, он пробежался на месте. В помещении было холодно, и пар вырывался у него изо рта.
– Иногда полезно впасть в забытье, – наконец отозвался он. – Направившись в сторону жилой части корабля, Джон бросил через плечо: – Здесь только одна душевая кабина, так что вам придется немного подождать.
В свою очередь, Торн тоже попробовал выполнить пару упражнений. Хотя в основном к нему вернулась нормальная чувствительность, в кончиках пальцев немота так и не прошла – сказывалось последействие токсина, использованного против него Бромом.
"Пожалуй, мне не помешает еще один сеанс лечения корабельным автодоком".
Он открыл один из шкафчиков позади коконов, чтобы подыскать себе подходящий халат.
В отсек вошла Джарвеллис и на его вопрос о местонахождении судна с готовностью ответила:
