Если бы полутонная люстра обрушилась на человека, то она не оставила бы ему ни малейшего шанса выжить. Тея, как уже неоднократно говорилось, была роботом, сконструированным с огромным запасом прочности, но и она пострадала очень значительно. Не спасла ее даже молниеносная реакция. Часть ее черепа была обнажена, и перекристаллизованный металл тускло поблескивал в полумраке. Левая рука была погнута и пробита в нескольких местах. Шаровые опоры бедер тоже, по всей видимости, сильно пострадали, и поэтому Тея с трудом сохраняла вертикальное положение, опираясь на искореженный каркас люстры.
— Я здесь, шеф, — сказала она таким голосом, словно ничего не случилось.
— Где Гала?
— Она там. — Тея, осторожно двигаясь, указала на кучу битого кирпича, образовавшуюся на месте декоративного камина.
Только теперь Олег увидел присыпанные цементной пылью ноги в модных туфлях на каблуках.
— Помоги мне, — бросил он через плечо Tee и принялся расшвыривать кирпичи.
Гала оказалась в самой середине завала, но Олег, подстегиваемый крайним беспокойством за судьбу девушки, раскидал три сотни кирпичей в самые короткие сроки. Когда наконец открылось лицо Галы, он невольно отпрянул. Несмотря на то что чисто внешне она выглядела совершенно невредимой, сразу становилось видно, что повреждения у нее намного серьезнее, чем у Теи. Лицо робота, как правило бесстрастное, приобрело какое-то дьявольское выражение. Рот был открыт, словно в последний момент Гала безудержно хохотала, глаза смотре-. ли в разные стороны. Лишь когда Олег и Тея общими усилиями извлекли Галу из завала, стали ясны причины ее странной неподвижности. По всей видимости, мина сработала в непосредственной близости от девушки, и взрывная волна с силой отшвырнула ее спиной на камин. Больше всего пострадала шея, где у Галы, как и у человека, проходило много важных проводников. К счастью, главный процессор был не в голове робота, и решающее устройство практически не пострадало.
— Протестируй ее, — сказал Олег, с состраданием глядя на Галу. Тея внимательно изучила влагу на его глазах и записала этот файл в свою память.
— Главный процессор в норме, система питания в аварийном режиме — замыкание в одном из потребителей…
— Что конкретно?
— Блок сенсорного восприятия, кинематика головы. Связь в аварийном режиме, двигатели в норме. Все системы, сверх перечисленных, функционируют нормально. Ремонт в полевых условиях невозможен…
— Хорошо, — прервал ее Олег. — Теперь протестируй себя и перечисли повреждения.
Пока Тея молча изучала себя, Олег, содрогаясь, влез руками в страшную рану на шее Галы и, нащупав разъемы, отсоединил поврежденные системы. Через отверстие стало слышно, как засопел генератор и заработала система охлаждения главного процессора. В груди Галы едва слышно зашелестели диски постоянной памяти. Руки ее шевельнулись, и вдруг она как ни в чем не бывало резво вскочила на ноги. Однако выражение ее лица не изменилось, и голова свешивалась на плечо. По всей видимости, она воспринимала Олега внутренним датчиком дублирующей системы, но ни видеть, ни слышать, ни говорить не могла.
— Все системы функционируют нормально, — доложила Тея, закончив самотестирование. — Повреждения коснулись только отделочных материалов. Готова продолжать выполнение задачи.
— Как твоя левая рука?
— Расход энергии на работу увеличился на пятнадцать процентов. Все остальное — в норме, — ответила девушка, пошевелив изуродованной конечностью.
— А шарниры в ногах?
— Теперь уже в норме, последствия смещения шарниров самоликвидировались. Кинематика функционирует нормально.
Олег критически осмотрел девушек, огорченно вздохнул и сказал:
— Вот что. Помощники теперь из вас аховые. Поэтому приказываю: берите «мерс» и возвращайтесь на базу. Ремонт, который осилите, сделайте сами, что не получится — я по возвращении доведу до ума. Все ясно?
— Но мы не можем оставить вас без поддержки, — неожиданно возразила Тея. — Наша задача не будет выполнена.
— Это приказ, — повторил Олег уже строже. — В таком состоянии вы будете мне только мешать. Все, обсуждение закончено.
Тея, ни слова более не говоря, повернулась и, отшвырнув по дороге обломки люстры, проследовала к выходу. Управляемая ею Гала двинулась следом. Через некоторое время хлопнула дверь автомобиля, завелся двигатель, и удаляющийся шум показал на то, что приказ Олега выполнен.
Молодой человек грустно улыбнулся. Впервые за все время эксплуатации его роботы показали характер. Они все более и более воспринимали человеческие черты. И если бы не авария, которая разрушила иллюзию, Олег, наверное, и сам очень скоро забыл бы, что Гала и Тея всего лишь умные, самообучающиеся машины. Он переживал поломку своих детищ, как если бы они были живыми людьми. Ему очень не хватало их прекрасных, хоть и холодных лиц. Ведь они были такими живыми, особенно в последнее время, что казалось — вот-вот они улыбнутся и скрытые в глазах камеры затеплятся нежностью.
