Шерлок переоделся в пижаму и халат и решил еще раз изучить интересные места в отчетах по убийству Ярмиса:
- Ты можешь спать, Джон. Я постараюсь не посягать на твое тело среди ночи.
- Не то чтобы я сильно возражал, - пробормотал Джон, укладываясь.
Хрустящие белые простыни и тяжелое, уютное одеяло сделали свое дело - Уотсон вытянулся, разминая затекшие от долгого вождения мышцы, устроился поудобнее и практически мгновенно уснул. Холмс еще долго задумчиво разглядывал его в свете прикроватной лампы, мечтая разгладить все морщинки на лице своего любовника. Неожиданный и почти подростковый оргазм в машине только подстегнул фантазии Шерлока, который с трудом удерживался от самостоятельного звонка Мэри Морстен. Останавливал только неминуемый гнев, который последует со стороны Джона.
Около трех утра задремавший было Шерлок проснулся от тихого стона. Джон покрылся испариной, скинул одеяло, а его футболка задралась почти до груди. Глазные яблоки под веками быстро двигались, губы вздрагивали, но Уотсон не просыпался, хотя сон ему очевидно не нравился. Шерлок несколько секунд раздумывал, а потом скользнул в соседнюю кровать, обвивая Джона руками и ногами и укрывая обоих одеялом. Спящий всхлипнул.
- Шшш, все хорошо, Джон, все хорошо. Я здесь, с тобой, - зашептал Шерлок. В груди разливалось неведомое доселе чувство: беспомощное, болезненное, упоительное желание забрать чужой страх, нейтрализовать его и освободить Джона. Не вполне осознанно воспринимающий концепцию самопожертвования, Шерлок своим прыжком с крыши сдвинул с места какие-то шестеренки мироздания: полет изменил его необратимо. Невесомо целуя макушку и лоб Джона, Шерлок понял, что счастлив.
Тем временем Уотсон расслабился и перестал вздрагивать. Дыхание выровнялось, кошмар ушел - и Джон даже не проснулся. Испытывая непонятную гордость и опасаясь выпустить Уотсона из надежных оберегающих объятий, Шерлок уснул.
Утро встретило обоих ярким солнцем, безоблачным небом и крепкой эрекцией - по крайней мере, эти три данности осознал Джон, как только проснулся. Поспешно вылетев из кровати и забравшись в душ, Джон понял, что кошмар не разбудил его. Это было приятным дополнением к чудесной августовской погоде. С эрекцией Джон разобрался быстро - достаточно было вспомнить вчерашний оргазм Шерлока и это хриплое “отсосать тебе сейчас же”, как Джон, закусив губу и подавляя вскрик, кончил под струями воды. Ох, капитан Уотсон, надо что-то делать с выдержкой, тебе же не пятнадцать.
Свежевыбритый и чисто вымытый Джон вышел в спальню и наткнулся на бодрствующего Шерлока, который абсолютно безмятежно поцеловал Уотсона в губы легчайшим прикосновением и занял ванную.
Джон покраснел и, убедившись, что Холмс его не услышит, хихикнул.
***
Клиника Святого Григория располагалась на территории довольно внушительного парка. Большое каменное здание и несколько более новых и маленьких корпусов соединялись ухоженными дорожками в гармоничный ансамбль. С атмосферой беззаботности диссонировали лишь крепкие решетки на окнах.
Оставив машину на парковке, Шерлок и Джон прошли пешком к административному корпусу, где, как им было известно, их ожидает главврач.
- Перси Лэдлоу, к вашим услугам, джентльмены, - главврач встретил их в кабинете, куда посетителей проводила сухонькая пожилая секретарша с цепким взглядом. - Кое-кто из большого начальства заверил меня, что у меня будут неприятности, если я вам не помогу! - Лэдлоу рассмеялся, но его глаза оставались настороженными.
У главврача были внушительные залысины и очень мясистые мочки ушей. Глядя на них, Джон прикинул, как бы эти уши смотрелись в их с Шерлоком холодильнике. Чрезвычайно неуместная мысль, одернул Джон сам себя.
Улыбнувшись, Шерлок изобразил раскаяние:
- О, доктор Лэдлоу, мы далеки от мысли причинить вам какие-либо неприятности, мы лишь уповаем на вашу всестороннюю поддержку. Информация об одном из ваших пациентов - это то, что может привести к поимке опаснейшего преступника в Лондоне.
Лэдлоу немного расслабился:
- Боюсь, я не успел уточнить, о каком пациенте речь, но мне сказали, что он давно умер?
- Да, девять лет назад. Имя - Трентон Джекс. Он попал сюда в 2002 году после совершенного убийства, скончался от острой сердечной недостаточности в 2004. Нам нужно все, что было по этому пациенту, но особенно нам нужно узнать, с кем он общался в стенах клиники. Вряд ли это есть в истории болезни, нам придется побеседовать с теми, кто работал здесь тогда. Вы не помните Джекса?
Лэдлоу расслабился еще больше:
- Я возглавил клинику лишь пять лет назад, сменив на этом посту доктора Адама Маккензи. Маккензи тут провел всю жизнь, но в конце концов Попечительский совет решил, что нужно внести в деятельность больницы что-то новое, революционное. Всколыхнуть болото, так сказать… Так что, мистер Холмс, мистер Уотсон, я могу вам предложить посетить наш архив. Там вам дадут историю болезни пациента Джекса. Меня предупредили, что вы можете ее забрать, но только под расписку, господа, поймите меня правильно.
