Эстелла почувствовала грусть. Она была уверена, что бумаги, которые послала ей тетя, были связаны с разводом. Ничем другим это и быть не могло, потому что еще перед отъездом подписала все, что связано с продажей дома, недвижимости и оплатой долгов. Часть ее радовалась тому, что Джеймс не был на седьмом небе от счастья с ее вероломной кузиной. Эстелла считала, что они совсем не заслуживали счастья, но ее терзали противоречивые чувства по поводу развода — сомнения и глубокая грусть из-за будущего ребенка.
В час дня Эстелла уже стояла рядом с Мерфи в тени его самолета.
— Дэн пригласил меня лететь вместе с вами, — сказала она, когда Майкл глянул на нее со своей чуть насмешливой улыбкой. Рядом с ним она чувствовала себя немного неуверенно. Эстелле очень хотелось знать, что именно он о ней думает, так как ей казалось, что он считает ее смешной или даже чудаковатой.
Мерфи показалось, что у Эстеллы подавленное настроение, и он решил, что мысли о предстоящем полете наполняют ее ужасом.
— Знаю, он мне говорил. Идея хорошая, но планы изменились. Дэн только что разговаривал по радио с Энни Холл с пастбища Лангана Даунс. Тедди заболел, и она очень беспокоится.
— Если вы летите на пастбище Тедди Холла, то мне с вами нельзя…
— Но у вас будет возможность осмотреть его скот.
— Но мне нельзя этого делать без его разрешения.
— Энни не будет против, а, как я понял, Тедди слишком болен, чтобы возражать.
— О боже! Если у него все-таки бруцеллез, он может проболеть довольно долго. Надеюсь, его жене есть кому помогать на пастбище.
— У них там управляющим брат Энни, и, кроме того, на Лангана Даунс работают одни из лучших пастухов.
Эстелла почувствовала облегчение. Задумавшись, она смотрела в землю. Ей следовало бы беспокоиться, что же случилось на пастбище Тедди, но в мыслях она постоянно возвращалась к письму от тети. Она не могла не думать о том, действительно ли Джеймс жалеет, что бросил ее. Так ему и надо!
Мерфи видел, что Эстелла была чем-то озабочена.
— Вы уже волнуетесь из-за того, что вас снова укачает в самолете, Эстелла?
— Что? О, нет. Честно говоря, я об этом даже не думала.
Теперь он точно был уверен, что ее что-то беспокоит.
— Ваше лечение Звездочета идет по плану?
— Да. На самом деле, сегодня мы с ним добились замечательных результатов.
— Тогда почему я не могу избавиться от ощущения, что вас что-то беспокоит?
Эстелла пожала плечами.
— Со мной все в порядке, — ответила она.
Мерфи уловил в ее голосе раздражение. Он видел, что она говорит неправду, но не хотел настаивать.
— Ладно, но я-то тут ни при чем… — Мерфи начал осматривать свой самолет.
— Извините за резкость. Я немного не в себе, просто… слегка устала.
Внимательно посмотрев на нее, Мерфи кивнул. Она действительно выглядела уставшей и… ранимой. Несмотря на то, что ее проблемы совершенно его не касались, он все равно переживал за нее. Вначале Майкл думал, что Эстелла просто безрассудная девчонка, раз приехала в Кенгуру-кроссинг, даже не представляя себе, что ее здесь ждет. Но, по всей видимости, она была полна решимости добиться успеха, и он волей-неволей восхищался ее мужеством. Ему очень хотелось, чтобы местные жители дали ей шанс, но это казалось маловероятным.
— А где вы научились летать на самолете? — спросила Эстелла.
Он стоял у хвоста самолета, глядя вдаль, где на красных песчаных дюнах дрожал мираж, и вили-вилли — так австралийцы называли сильный ветер — поднимал столбы пыли.
— Я два года прослужил в ВВС.
— Правда?! Даже не представляю себе, как вы подчинялись всем этим правилам и уставам.
Он криво усмехнулся.
— Вот и они тоже решили, что я на это не способен, поэтому и вышибли меня.
Несмотря на свое грустное настроение, Эстелла рассмеялась.
— За что?
— За бреющие полеты над Дарвином.
Эстелла покачала головой. Она с легкостью представила себе его в роли главного хулигана эскадрильи.
— Я просто поспорил с приятелем, — сказал Мерфи, ухмыляясь.
— И, конечно, не могли отказаться от этого пари?
— Тогда не мог. Жизнь для меня была чем-то вроде игры… — выражение его лица вдруг изменилось, будто кто-то опустил занавес. Бросив на него взгляд, Эстелла подумала, что его преследуют какие-то тяжелые воспоминания.
«А может, все закончилось плохо?» — подумала она про себя, а вслух спросила:
— Мне кажется, это чересчур — выгонять вас из ВВС за такую мелочь…
— Честно говоря, мой полковник решил, что это последняя капля. Я постоянно попадал в неприятности.
— И это меня совсем не удивляет, — сказала Эстелла шутливо.
Мерфи пожал плечами.
— Вы должны признать, что у вас это на лице написано. Неприятности с большой буква «Н», — добавила она.
Лицо Мерфи вдруг исказила гримаса боли, и Эстелла с ужасом почувствовала, что сказала что-то не то.
— Мерфи, я просто пошутила!
