В это время несколько самолетов полка начали взлет. На полном газу они еле тащились, оставляя глубокий след колес в раскисшей поверхности аэродрома. Вот один из них поднял хвост и клюнул носом, погнул лопасти винта. За ним второй… Подбежал техник эскадрильи Михайлов. Бельский вначале подумал: «Будет запрещать взлет». Но — нет. Он выжидательно смотрит, и летчику почему-то показалось: знает, что его механик в самолете.
Решительным взмахом руки Бельский показывает техникам: «Придержите хвост самолета!» И начинает взлет. Сектором газа плавно увеличивает обороты мотора до максимальных. Самолет слегка, вначале непослушно, двинулся с места. Но постепенно скорость разбега увеличивается. Ручка до отказа взята летчиком на себя, чтобы не поднимался хвост, а левой ногой он старается удержать направление. Но сделать этого не может. Самолет все больше отклоняется вправо, в сторону стоянки штурмовиков из соседнего полка. Мысль работает молниеносно: «Приостановить взлет или продолжать?» Но скорость разбега начала заметно расти. Уменьшилось давление на колеса — летчик теперь уже удерживает направление взлета. Еще миг — и он облегченно вздыхает: самолет отрывается от земли. Вначале кажется, что он повис неподвижно в воздухе, словно раздумывая, опускаться вновь на раскисшую землю или уходить от нее в свою привычную воздушную стихию. Но вскоре все увереннее и увереннее машина увеличивает скорость.
Бельский убирает шасси и плавно переводит машину в набор высоты. Медленно разворачивается и пролетает над аэродромом. Самолет великолепно слушается рулей. А на аэродроме, куда он бросил взгляд, хорошо заметно ликование: люди машут руками, кто-то бросает вверх пилотку. Теперь ему окончательно становится ясно: задуманный план — дело не одного механика Хабарова, к нему имеют отношение многие.
Начинает взлет второй самолет. Бельскому отчетливо видно, как машину заносит вправо. Но попытка удачна — самолет набирает высоту. За ним поднимаются в воздух еще пять. Все они собираются в группу. С земли подают сигналы улетать. Из-за неудачных попыток взлет остальных машин приостановлен.
Группа перелетела за Дон благополучно, без всяких приключений. Солнце начинало прятаться за горизонт, и летчики спешили на посадку. Как только Бельский зарулил самолет на стоянку и выключил мотор, сразу же с отверткой в руках бросился открывать замки люка. Оттуда молодцевато выскочил его механик. С сияющей улыбкой он бросился к летчику. «Вот уж, действительно, более счастливого человека мне не приходилось видеть», — подумал Бельский. Ему хотелось поздравить механика с воздушным крещением, но сделать это было не так-то легко: механик не выпускал командира из своих объятий.
К ним подходили летчики. Впереди Дмитрий Глинка, за ним все молодые сержанты. Видно, как возле их самолетов хозяйничают техники. Что же это значит? Неужели они тоже прилетели?
— Так что же, Бельский, ты со своим техсоставом? — спрашивает Глинка.
— Как видите, товарищ лейтенант… — отвечает он неуверенно, еще не зная, как на это посмотрит начальство.
— А ведь неплохо. Теперь, по крайней мере, у самолетов есть хозяева, одобрительно заключает Глинка.
Итак, это был «заговор» всего техсостава. Сомневаясь в согласии бывалых летчиков, они мишенями своих «атак» избрали молодых летчиков, сержантов. Им же это помогло в трудных условиях взлета: сидевший за бронеспинкой механик придавал машине более заднюю центровку — утяжелял хвост самолета. На лицах всех прилетевших —: и летчиков, и механиков — нескрываемая радость.
На следующий день рано утром приземлился еще один «як». Из него вылез Дзусов. «Как-то он посмотрит на нашу проделку?» — не без волнения подумал Бельский и сказал механику:
— Идите и докладывайте Бате о своем самовольстве. Вы — старший по званию…
Подтянувшись, тот подбежал к командиру полка и, чеканя каждое слово, доложил:
— Товарищ подполковник! Техник-лейтенант Хабаров без вашего разрешения прилетел на самолете с командиром экипажа. На других самолетах прилетели еще пять механиков. Готовы получить взыскания!
— Я, техник-лейтенант, за проявленную сообразительность и инициативу взысканий не накладываю. Соберите всех прилетевших механиков!
Они построились.
— Молодцы, механики! — сказал Дзусов. — Теперь я вижу, что вы настоящие авиаторы. Приступайте к выполнению своих обязанностей. Вас, техник-лейтенант, назначаю старшим, ответственным за подготовку самолетов!
К обеду благополучно прилетели все остальные самолеты полка. В каждом из них был кто-то из технического состава. Так на новом аэродроме появились вместе с летчиками те, кто готовил самолеты к вылетам, кто неизменно последним провожал летчика на боевые задания и первым встречал его, те, кто делил с летчиками радость побед и горечь поражений.
Полк готовился к новым боям. Обеспечивали эту готовность инженеры, техники, механики, мотористы, оружейники, прилетевшие с летчиками в одноместных самолетах.
