И Дункан и Орта, да и Д'арно знали — перед заключением в него снова введут Капсулу, и уже никто не сможет отыскать Дункана Трегарта. Разве только обойти планету, заглядывая в каждую ячейку. При количестве последних в несколько миллиардов, на это потребуется не одна жизнь.
Скрипнула дверь.
— Уже! — голоса Дункана и Орты слились в один.
Конвоиры стояли на пороге.
Знакомый зал с гостеприимно распахнутыми дверьми Проходов.
Здесь все началось — здесь и закончится.
Трегарта заставили облачиться в сине-голубую униформу Гильдии. Он мечтал одеть ее — домечтался. Нашивки и знаки различия были аккуратно срезаны.
Кроме самого Дункана, конвоиров, парочки чиновников и судебного исполнителя, у Проходов топтался зеленокожий юноша с нашивками ученика.
Как и он — Дункан — почти год назад, молодой человек смотрел на происходящее мало что понимающими глазами.
Один из гильдийцев вытащил Камень, присутствующие поспешно обступили его.
Как и во время первого посещения, первое, что ударило в уши — тишина.
Ни звука, ни вскрика, ни шелеста ветра, ни шевеления.
Лицо ученика из изумрудного сделалось почти белым. Трегарту было почти жаль юношу.
Он вспомнил собственное «посвящение» — нет, он не будет молить, не станет взывать к милосердию, тщетно надеясь услышать ответ от бездушных скал, разве что принять за ответ отражение собственного голоса.
Он двигались по широким стенам. Как и тогда, Дункан не удержался, взглянул вниз: черепахообразный инопланетянин издыхал, не в силах преодолеть силу притяжения и вес собственного панциря, существо, некогда бывшее человеком, или близким видом, оскалившись, провожало путешественников безумными глазами.
Окончательно утративший природный изумруд ученик тяжело дышал.
Смотри, смотри парень, что тебя может ждать, и думай, сотню раз подумай, прежде чем вступить в Гильдию.
Впередиидущий замер на краю одного из шестигранников. Подтянувшись, замерли остальные.
Трегарт посмотрел вниз — ячейка была… пустой.
Паника, страх накатили удушливой волной.
Неужели, здесь, в этом каменном мешке, он проведет остаток жизни, жизней. Неужели эти стены с безмолвным клочком неба, все, что он увидит на протяжении многих лет!
Нет! Нет!!
— За нарушение законов Гильдии, за преступные действия против нее, — голос чиновника достигал ушей Дункана, словно сквозь вату, — бывший агент Дункан Трегарт, приговаривается к заключению в сотах!
Нет! Н-нет!!
Это не правильно! Так не должно быть! Только не с ним!
Мы же люди, не звери, люди так не поступают!
В поисках понимания, Дункан хотел кинуться к… ученику. Он молод, он поймет, остановит, Гильдия еще не развратила его…
Трегарт почувствовал, что… падает.
Падает в соты.
В соту!
Ему показалось, он летел долго, очень, невообразимо долго. Кажется, он кричал, возможно, плакал, почти наверняка, проклинал.
Приземление оказалось очень болезненным. Потемнело в глазах, боль от удара пронзила тело.
Когда Дункан вновь обрел способность видеть, наверху, в голубом шестиугольнике неба, уже никого не было.
