Ал лежал на дне клетки, камень расщелины холодил сквозь дыры в деревянном полу. Некоторое время спустя среди пленников началась возня и суматоха. Рабы зачем-то перемещались с места на место, словно живой водоворот. Внезапно у клетки послышался знакомый голос:
– Ал! Это ты? Ты здесь?
Ал рванулся навстречу этому голосу:
– Надар! Дружище! Ты жив!!! Как я рад это слышать!
– А уж как я рад…
– А Илата?
– Тоже жив. Но привязан с другой стороны. Нам пришлось заставлять всех переходить по кругу, чтобы дойти до тебя. Я сказал им, что ты – наш шанс на спасение. Но вижу, что я им солгал, – по морю голов, обращенных к говорившим, пробежал безутешный стон.
– Вот тут ты неправ.
– Не понял. Я не должен был разочаровывать их, и продолжать врать?
– Нет, ты неправ в том, что шанса нет.
– Как?! Ал, не давай мне ложной надежды. Я не вынесу, если все снова сорвется!
– О, ч-черт… я же забыл….
– Что? Эх, я был прав…
– Ваша проклятая магия – я забыл про нее. Не знаю, получится ли то, что я задумал. Но Надар, мы обязаны попытаться!
– Что ты задумал?
– Я должен умереть. И переродиться. Чтобы освободить нас всех.
Надар молчал, вглядываясь в светящиеся, как у ночного зверя, глаза.
– Мы попытаемся. Что надо делать?
Ал помедлил, собираясь с духом.
– Отгони их подальше, насколько хватает веревки. А потом подползи ко мне и приблизи сюда лицо. Я скажу это тебе на ухо.
Послышалась возня, тычки и возмущенное сопение. Лицо Надара прижалось к прутьям.
– Надар, помнишь наш разговор, про мое рождение?
– Помню. Что именно?
– Злая, темная магия, которая меня создала… Ее нужно выпустить. Другого выхода нет.
Надар задумчиво молчал.
– А это не опасно?
– Опасно. Я даже не обещаю, что все останутся живы.
– Но шанс есть?
– Может быть. Если магия этого мира не окажется сильнее.
– Я не хочу стать обедом у тороков. Я видел, как они разделывают еще живых… Я помогу тебе. Если нет другого пути, пусть зло убьет зло.
– Тогда ложись на пол, и просовывай руки в клетку. Я лягу поближе. Получилось? Так. Слушай меня. Нащупай мой пупок. И засовывай в него пальцы.
– Что???
– Слушай и делай.
– Делаю… о духи леса, что это?..
– Глубже! Двумя пальцами. Чувствуешь что-то?
– Да! Что-то твердое.
– Подцепляй и тяни. Есть? Тяни давай, это не очень приятно!
– Есть! Что это?
– Неважно. Что там? Покажи. Та-а-к. Вот эту штуку с двенадцатью горошинами засунь назад, и вот эту с треугольниками тоже… Не стони, так надо. А теперь нужно достать из этой… штуки четвертую… ягоду, синюю. Цветов не видишь? Ну пощупай поверхность, там должен быть выдавлен символ, вроде четырех клыков. Чувствуешь?
– Вроде да…
– Покажи пальцем мне перед лицом, какую выбрал. Да, она! Теперь подставь ладонь и надави сверху на эту выпуклость, ягода упадет тебе в ладонь…
– Ой, на пол упала.
– Лови, дурак!
– Вот! Нашел!
– Ф-ф-ух… Ну ты… Засунь то, что осталось снова мне в пупок. Затолкай все поглубже. А теперь давай мне ту ягоду в рот, и бегите. Если тут есть какие-то ответвления и щели, лезьте туда и не высовывайтесь. Давай!
Надар бросил «ягоду» в открытый рот, и стал толкать остальных пленников, шепотом объясняя им, что нужно прятаться. Ближе к выходу было ответвление, узкое и изгибающееся кверху, стоять там было просто пыткой, но Надар пинал и толкал всех, выполняя указание. Ал лежал на полу, и боялся, сам не зная, чего больше. Преобразование было кошмаром, но перспектива остаться в плену у тороков еще страшнее. Отступать некуда. Он с силой прижал капсулу языком к нужной точке на верхнем нёбе, хрустнула предохранительная перепонка, и капсула с новой формой провалилась в полость генного приемника. Но подействует ли? Гекон напряженно прислушивался к ощущениям, ожидая старта программы. Внезапно по телу пошли первые судороги. «Работает!» Ал почти с радостью закусил губу, чтобы не застонать от боли: нужно терпеть, сколько хватит сил. Стражники не должны прибежать раньше времени.
Уварр разложил на шкуру свои трофеи.
– Видишь, Кхур-Дар, какие диковины были у саккха. А вот это я нашел у высокородного элива.
– Что тут особенного, Уварр?! Я видел такие вещи и раньше. Что толку от них? Это лишь игрушки чужаков, бесполезные в нашем мире!
– Х-ха! Смотри, Кхур-Дар! – Уварр поднял какую-то блестящую штуку, и нажал на маленький выступ сбоку. Потолок шатра засиял нестерпимым светом, который вырвался из чужой вещи. Кхур-Дар потрясенно молчал, моргая заслепленными глазами.
– Дай! Дай это мне! Я хочу попробовать!
Старый вождь схватил добычу, и выбежал из шатра. «Как это»… – бормотал торок, – «а… вот, нащупал»
– О-о-х!!! – со всех сторон раздались удивленные возгласы тороков. Мощный луч ударил в склон горы, вырывая из темноты камни и чахлые кусты.
– Уварр! Это великая добыча!
– А я тебе что говорил! Этот саккх нам нужен! Если его амулеты действуют, то…
Дикий, ужасный звук разорвал ночь. Рукаты в страхе заметались на привязях. Бывалые воины почувствовали, как по спинам побежал холод. Крик раненного животного, боль разумного существа, вой ветра и шум водопада были слиты в этом кошмарном завывании, которое постепенно перешло в рык, а затем в хрип. И смолкло.
