– Частично, – он кивает. – Пока мы добились того, что реакторы, точнее один образец, не взрываются при повреждениях. Он просто сбрасывает энергию в окружающее пространство…
Он продолжает рассказывать, а у меня перед глазами появляется та Анаконда – Альвареса, с бьющими из неё молниями синего цвета.
Сергей замолкает и смотрит на меня, наверное, он заметил, что я перестал его слушать.
– Извини, – говорю, – задумался. Так вы уже лётные испытания проводили?
Он кивает:
– Да, реактор пока, увы, объёмный, мы его только в Анаконду смогли интегрировать. Но перспектива есть. Абсолютно точно.
– В Анаконду… – задумчиво повторяю я, – скажи, а пилотом там не испанец или латинос был, случайно?
Он прищуривается и внимательно смотрит на меня, приподняв кружку.
– Да, – медленно отвечает, – Альварес его зовут.
– Молодцы, чё! – я резко опускаю кружку, – я из-за него чуть не сдох и потом всё-таки он меня достал!
– Расскажите, молодой человек, – вцепляется в меня профессор, – все детали боя и поподробнее!
Деваться некуда. Рассказываю и про бой, и про молнии, и про повреждения своей Семёрки.
– Ну? Что я говорил! – торжествующе подпрыгивает на стуле профессор, – выброс энергии при повреждении конура работает! А, Сергей! Это победа! Однозначно победа! Мы всё же утёрли нос этому кое-какеру Даримбалдору!
Сергей вяло с ним соглашается, типа да, всё верно, но профессору этого мало.
– Мы должны немедленно, я подчёркиваю – не-мед-лен-но! Лететь в лабораторию! Мы буквально в шаге от прорыва! – и, обращаясь ко мне, – Вы же понимаете, что это прорыв?
Не понимаю и отрицательно машу головой.
– Ну, как же! – он досадливо крякает, – теперь корабли не будут взрываться при повреждении реактора! Их же можно будет отбуксировать и починить!
А вот это я понимаю как-то сразу. Эх… вот ту же Анаконду, взять её на буксир и на Станцию. Но сначала пилота того – Альвареса де-ла, как его там, выковырять. Но это уже второй вопрос. Для этого можно и пару штурмовиков нанять – не так уж это и дорого, по сравнению с ценой Анаконды…
– Профессор, – вежливо спрашиваю его, – а как вы думаете, когда эти реакторы пойдут на рынок, в массы так сказать?
Он задумывается, – я думаю, что, если всё пойдёт штатно, а в противном варианте я сильно сомневаюсь, то… – он что-то прикидывает в уме, – самое позднее месяца через три, ну, четыре. Не позднее. Сергей, ну, что там у нас с вылетом? – капризно одёргивает от ассистента, копающегося в планшете.
– Через сорок минут начнётся посадка, профессор, – рапортует ему Сергей.
– Ну, тогда, с вашего позволения, – он небрежно кивает в мою сторону, – мы прогуляемся по Станции. Всего хорошего.
И уходит. Мы с Сергеем едва успеваем попрощаться.
Допиваю пиво. Три или четыре месяца. Ладно, полгода. Время у меня есть, чтобы заработать на Анаконду, найти правильных штурмовиков и тогда… тогда…
Хватит, одёргиваю себя. Ты только только Девяткой обзавёлся и её-то ещё до ума не довёл, а губы уже на Анаконду раскатал. Давай, допивай пиво и в люлю. Завтра трудный день – деньги качать будем.
Уже засыпая понимаю, какой же напряжный денёк выдался и дважды новый кораблик, и пиратег, и профессор и… и всё ближе и ближе к Анаконде своей мечты…
И понеслись дальше прибыльные, но серые дни. Торговля на лайбе моей была довольно прибыльна – за час, не напряжно таская по 500 тонн, получал на карман без малого пять лямов. Пару раз наезжали местные гопники, но форсаж спасал – максимум отделывался подпалённой на боках краской. Сначала переживал, думал колёр «мокрый вакуум» будет дорог, но оказалось, что тот маклер меня и здесь кинул – это была обычная серая краска, так же называемая шаровая…
А так всё шло тихо. Хотя не совсем.
Как-то раз, возвращаясь с грузом сверхпроводников, я не поделил шлюз. С сайдом. Не, ну вы представляете: я, весь такой из себя спокойный, чинно-благородно протискиваюсь в шлюз, и тут мне режет угол какой то хмырь на Сайде! С моей манёвренностью только и дорогу уступать. Угу, особенно в узкозти. Ну я его и того… Визг металла стоял жуткий, затёр я его между бортом и стенкой шлюза. Чувствую – застреваю, клинит меня он, ну я газку-то и поддал. Визг усилился, но из шлюза я выскочил. А визг-то продолжается! А потом что-то бумкнуло. Не особо-то и громко. Я в зеркало заднего вида глянул, вместо Сайда – клочки по закоулочкам. Ну, не в зеркало – в камеру заднюю, какая разница-то, факт налицо – задавил. Сажусь на платформу, а там меня уже местные, имперские полицаи ждут.
– Ну, шо, убивец, говорят, – допрыгался? Пойдём ща тебя арестовывать будем.
А куда деваться-то? Это ж не нейтралка – Империя. Тут и пристрелить могут. Короче, взяли меня под белы рученьки и поволокли к старшему СБшнику. Цельный капитан, только морда, не кирпича не просит, тут цельный шлакоблок нужен. И, судя по носу, с этим шлакоблоком она, морда то есть, уже не раз сводила тесное знакомство.
– Тэк-с… ну, рассказывайте. Как докатились до такой жизни? – спрашивает он меня.
– А с чего начинать, господин капитан? – отвечаю.
– Да с начала и продолжайте!
