– Ну… как вам сказать, бумаги всё же.
– Хорошо, пошли, – она разворачивается и тяжёлым шагом направляется к выходу, охраняемому парой пехотинцев.
– Это со мной, – она небрежно бросает солдатикам и те теряют ко мне всякий интерес.
Однако… с дисциплиной тут труба. Даже документы не проверили.
Недолго петляем по коридорам, поднимаемся на лифте и она открывает передо мной дверь в помещение, заполненное столами, между которыми стоят, лежат и просто валяются канцелярские папки.
– Марьванна, доки за второй квартал привезли, – кричит кому-то моя сопровождающая. – Только он по описи сдать хочет.
Из за стола у дальней переборки поднимается ещё более габаритная дама бальзаковского возраста.
– По описи, это правильно, что же вы, голубушка, надрываетесь, правильно молодой человек хочет, правильно. – Она протягивает руку к сумке, но я отодвигаю сумку за спину и протягиваю ей опись.
– Афтограф, поставьте.
Она спокойно забирает бумажку и размашисто визирует её в графе «принято». Передаю ей баул.
– Порядок, значит любишь. – Марь Ивановна внимательно смотри на меня. – Это хорошо, это правильно.
И, повышая голос, что бы все слышали рявкает, другого слова у меня нет, на всю комнатку:
– Всё бы так ответственно подходили к своим обязанностям. А то понаберут вертихвосток.
Вздыхает.
– Барбара, – поворачивается к одной, судя по отсутствию монументальности, молодой девушке: – Оформите этого симпатяжку сверх штата. – И величественно удаляется, легко удерживая тяжеленную сумку одной рукой.
Провожаю её взглядом – не дай Бог с такой поссориться, одним ударом убьёт. Ко мне подходит миловидная девушка с уже начавшейся расползаться от постоянного сидения фигурой. Лицо выглядит смутно знакомым, но что именно вызывает это ощущение понять не могу – то ли глаза, то ли нос – списываю на усталость.
– Я – Барбара, – представляется она. – Пойдёмте, я вас оформлю.
Следую за ней к её столу. Процедура оформления занимает всего пару минут и по окончании я уже не просто пилот – а ассистент третьего резервного курьера, оформленный в виду срочности и высокой загруженности, по повышенной ставке полноценного резервного курьера.
– Спасибо, – благодарю Барбару. – Куда мне сейчас? Где груз получать, полётный план.
Она мило улыбается.
– Обед и прочее питание на второй палубе, в столовой для лётного состава. Каюты, извините, предоставить не можем – я про отдельную, но есть койка в кубрике на шесть человек. Резервировать?
– Не, я на корабле спать могу, – отвечаю. Действительно, зачем мне в кубрике париться, когда у меня койка роскошная на корабле. Да и мешать ни кто не будет, мало ли чего….
– Как угодно. Тогда идите обедать и ожидайте вызова.
– А долго ждать-то?
– Ну, – она сверяется с чем-то на мониторе. – Сейчас загрузка низкая, ближайшие пару недель точно работы не будет.
Хм… «в виду срочности и высокой загруженности», говорите? А оплата-то почасовая. Не зря, ой не зря я сюда прилетел. Раскланиваюсь и двигаю к выходу. У самой двери встречаясь со спешащей куда-то Марь Ванной – она прижимает к своему необъятному бюсту стопку книг. Галантно распахиваю ей дверь, придерживая, пока она проходит узкость.
– Уф… спасибо. – Благодарит меня. – Вот, адмирал наш просил ему гражданские кодексы доставить.
Действительно – судя по корешкам это гражданские кодексы Империи, все шесть томов. Интересно, зачем адмиралу это чтиво? У него что – бессонница?
Спускаюсь на вторую палубу и быстро нахожу там камбуз для лётного состава. Тут немноголюдно и получив положенный паёк – а кормили на Пятом не в пример лучше, чем на Третьем, я уселся за свободный столик. За соседним расположилась компания пилотов. Уже немолодые мужики, застрявшие в званиях не выше капитана. Невольно прислушался к их разговорам. Увы, но всё было как и говорил брат Тод, да и как я сам ожидал – критиковали Августейшее Семейство, вспоминали вольные годы молодости, ругали командиров и политиков.
Быстро прикончив первое, второе и компот двинул перекурить, но так как курилка была забита народом, вернулся на свой корабль.
Делать было решительно нечего и я решил поспать, рассудив, что если что-то срочное появится – разбудят. Разбудили – едва дремать начал. А ведь обещали, что ближайшие пару недель ничего не будет, раздражённо думал я, двигая к трапу.
К моему удивлению у трапа стояла Барбара.
– Ээээ… ну… это… здравствуйте, – несколько ошеломлённо поздоровался с ней. Она только кивнула на приветствие и спросила:
– К вам можно? – И, не дожидаясь моего разрешения, начала подниматься по трапу.
Запоздало киваю и двигаю за ней. Чего припёрлась то? Задание? Не, скинули бы на почту или на коммуникатор. Странно.
Тем временем мы уже заходим в мою каюту и она непринуждённо располагается на моей койке. Сидя. Хм… она что – свежатинки захотела?
– Коньяк, виски, шампанского увы нет, но есть пиво, – стараясь галантно выглядеть предлагаю ей.
– Душ.
– Что, простите, Барбара, я не совсем понимаю.
– В душ иди, я после тебя.
Ого… вот это по деловому. Но я всё же пытаюсь сохранить образ джентльмена:
– Может пока я там…. Вы выпьете что-нибудь? У меня фрукты есть.
