Сара Джеймс отвернулась, и ее глаза встретились со взглядом в равной степени развеселившегося Редера. Только так она смогла в полный голос не расхохотаться.
— Этот чувак а-вэ целует, — тихо заметил Питер.
— На моей дискете этого не было, — сказала Сара. — Что это еще за а-вэ? Что-то из анатомии?
Редер рассмеялся.
— Может быть. Но на моей дискете это означало трогать антиводород, а значит терпеть катастрофу в ухаживании.
Сара критически повела бровью.
— Думаю, Пегги была очень великодушна. Гивенс вел себя скорей как педрила, чем как мандюк.
Редер развел руками и спросил:
— А в чем разница?
— Мандюк — просто придурок, а педрила — полный обормот.
Он покачал головой и опять развел руками.
— А тут в чем разница?
Сара рассмеялась.
— Разница есть. Небольшая, но существенная.
— Так он был лохом? — спросил коммандер. У него не было времени так внимательно изучить свою дискету, а потому с таким же успехом можно было воспользоваться услугами одного из лучших умов в помещении.
— Нет-нет. Лох — это такое действие. Когда кого-то в дураках оставляют. Глагол для него — лохануть. А лохарь — это тот, кого лохануть можно. — Тут Сара прищурилась. — А как там ваша дискета, коммандер?
— Там был длинный кусок с этим пиратским сборищем. — Питер покачал головой. — Все выглядело примерно как студенческая вечеринка для психотиков.
Сара пожала плечами.
— Большинство студенческих вечеринок такие.
— Нет-нет, — замотал головой Питер. — Там настоящие психотики были. Вам бы не захотелось в одном из таких мест официанткой работать. Черт побери, вам бы и хозяином в таком месте быть бы не захотелось. Пытка, а не развлечение…
Она с интересом на него посмотрела.
— Вы хотите сказать, они в самом деле…
— Нет, я не об этом, — быстро уточнил он. — Но такого жуткого ансамбля я еще никогда в жизни не слышал…
Сара фыркнула, закатила глаза и отошла в сторонку.
— Она не понимает, — сказал Алонсо Барак, передавая ему чашку кофе. — А вот мне попался тот же самый клип, и я согласен. Если нужны доказательства того, что эти люди полные дегенераты, одной музыки вполне достаточно.
— Не могу поверить, что они этот ансамбль оставили в живых, — согласилась Айя, подходя сзади.
— А кто сказал, что они его оставили в живых? — спросил Питер. — Возможно, они просто дожидались, пока музыканты перестанут играть, чтобы их же инструментами до смерти их забить.
— Сомневаюсь, что я смог бы дождаться, — пробормотал Алонсо.
— Я тоже, — поддержала его Айя.
— Следи за своей грамматикой, — заметил Барак.
— Ну и я, — послушно исправилась она.
— Мы должны показать этот клип всем, у кого его на дискетах нет, — сказал Редер.
— Это будет расценено как излишняя откровенность, — сухо прокомментировала Айя.
— Но там ведь все-таки не мужской туалет, — с ухмылкой заметил Редер.
— А вот я, к несчастью, именно это и получила, — сообщила им Сара, возвращаясь с чашкой чая в руке.
— Ф-фу! — фыркнула Вишневская и вся передернулась.
А Сара всего лишь скорчила недовольную гримаску.
— Нет, все было не так скверно. По крайней мере, запаха не ощущалось. Но я слышала ансамбль на где-то фоне и, откровенно говоря, ближе с его звучанием познакомиться бы не желала. — Она отхлебнула из чашки. — Никогда не думала, что мне выпадет счастье наблюдать за происходящим в мужском туалете скверного бара.
— Люблю женщин, которые знают, как видеть в жизни светлые стороны, — галантно сказал Алонсо.
— Давал, то есть, — уточнила Айя.
Барак удивленно на нее посмотрел.
— Ты о чем?
Вишневская рассмеялась.
— Учитывая наш новый словарь, тебе следовало ее назвать просто давалой.
— А, понятно.
— Так давала означает женщину? — спросил Редер.
— Не обязательно, — сказала Сара. — Персону, которая тебя привлекает. Любого пола, которого ты предпочитаешь. — Тут она явно задумалась. — На самом деле нам надо быть поосторожнее в использовании лишнего жаргона. Когда все время такой бред несешь, сам становишься дегенератом.
— Наверное, именно потому Молочко и хотел, чтобы мы прямо сейчас стали его использовать, — заметил Редер. — Это неглупо.
— Подозреваю, он свое дело знает, — с какой-то тревогой заметила Сара.
— Подозреваю также, он намерен нас как можно ближе познакомить со своим делом, — с усмешкой сказала Айя. — А я просто обожаю добавлять новые штрихи к своей автобиографии.
Мужчины фыркнули, а две женщины обменялись взглядами; подмигивать друг другу им не потребовалось — это был момент идеального взаимопонимания.
Колокольчик негромко отзвенел восемнадцать ноль-ноль, а потому все разошлись собирать свои подносы и строиться на обед. Питера порадовало то, как успешно, судя по всему, его люди прогрессировали. Даже десантники из кожи вон лезли, стараясь быть любезными.
«Все должно сработать как надо, — сказал себе коммандер, — В наших силах сделать так, чтобы все сработало».
— Это уже становится малость чересчур, мистер Молочко, — с нажимом в голосе сказал Редер. Скафандр всасывал пот с его лба и то и дело пробегал чистящей пленкой по лицевой пластине.
