Редер и вся его команда по негласному соглашению остались сидеть.
— Ну что, — начал Питер. — Вы все здесь дольше моего Кто-то уже успел сориентироваться?
— Боюсь, только не я, — с улыбкой отозвалась Сара. — Я почти все время свой «спид» проверяла. Я нашла ремонтный гараж, — она развела руками, — но он оказался пуст.
— Ресурсы прибыли вместе со мной, — сообщил ей коммандер. — Таким образом, все, что вам требуется, теперь, надо полагать, здесь.
— Мы с младшим лейтенантом Кушнером нашли камбуз, шкафчики с оружием, склад скафандров, спасательные шлюпки, капитанский мостик, бортинженерный отдел, — сообщила Маннинг, потирая указательным пальцем темную бровь. — А вот где размещается мистер Молочко, я понятия не имею.
— Прямо сейчас я бы предпочел узнать, где размещается камбуз, — сказал Редер. — Так что если вы, младший лейтенант, хотели бы проинструктировать всех нас на предмет местной планировки, я бы это очень оценил.
Питер был не на шутку обрадован. «Быть может, Скарагоглу был прав насчет этой парочки? — подумал он. — Мне мало что нравится больше, чем иметь в своей команде первоклассного проныру. И мало что нравится меньше, чем чтобы первоклассный проныра за моей командой охотился».
— Я собираюсь проверить, как там дела у техников, — сказал всем Питер, когда десантники закончили свой доклад. — Я бы хотел, чтобы вы сегодня днем изучили эти дискеты. А в восемнадцать ноль-ноль мы соберемся на камбузе пообедать и попробуем потолковать на пиратском. — Последовало несколько ухмылок. — Все свободны.
Члены команды встали. Вишневская и Барак подошли к Редеру и заулыбались, когда он протянул им руку.
— Как славно снова вас видеть, коммандер, — сказала Айя, обмениваясь с ним крепким рукопожатием. В ее серых глазах светилась неподдельная радость.
— Да, давно не виделись, — кивая, согласился Барак. — Отлично выглядите, коммандер.
— Вы тоже, — признал Питер. — Слышали про Эсме?
Оба пилота рассмеялись.
— Надо жечь побольше свечей, гонять литрами травяные чаи — и даже не заметишь, как это случится, — с лукавой улыбкой сказала Вишневская.
Барак покачал головой.
— Думаю, это все-таки больше связано с Эсме и ее мужем… — Прежде чем он смог закончить, Айя дала ему подзатыльник, и все трое рассмеялись.
— Мы бы могли скинуться и послать им подарок для маленького, — предложила она.
Редер и Барак переглянулись поверх ее головы. Было очевидно, что оба подумали: «Покупать подарки. Это так по-женски!»
С другой стороны, идея была хорошая, и Редер определенно хотел в ней поучаствовать.
— Если ты займешься покупками, — сказал он Айе.
Она с улыбкой кивнула, а глаза ее сказали: «Не понимаю, как можно покупки не любить. Это так по-мужски!»
— Ладно, ребята, надо идти, а в восемнадцать ноль-ноль увидимся, — сказал Питер. Айя и Алонсо кивнули, и коммандер с легким сердцем пошел искать своих техников.
— Салют, подруга! — поприветствовал Гивенс очень мало этим обрадованную младшего лейтенанта Маннинг. Из противоположного конца камбуза ему снисходительно улыбнулся Кушнер, чьи голубые глаза так и искрились, пока он наблюдал, как невысокий пилот пытается приятно провести время с его партнершей. Это было куда занимательней, чем сражаться в неравном бою с нестандартным автоповаром, на первичной кулинарной плате у которого, похоже, имелась особенно зловредная разновидность неосуматрийца. Кушнер сам любил риксдафель, но только не напичканный ялапеньями.
— Подруга? — переспросила Маннинг. Если представить себе слово в виде грязного подгузника, то это она как пить дать держала за самый уголок, причем одними ногтями. — Я так понимаю, ты свою дискету не изучил? — убийственным тоном вопросила она.
— Лады, чувиха, — исправился Гивенс, уверенно кладя руку десантнице на плечо и придвигаясь поближе. — Для занятий время ищо найдется, чуешь? А теперя давай выпьем, закусим и по полной оттянемся. Ну чо, катит?
— Отвали, мандюк! — рявкнула Маннинг. Услышав ее тон и увидев взгляд темных глаз, Адольф отдернул руку. — Если не по кайфу раз-другой дюлей огрести, держись за свои мудихалы. — Увидев его не на шутку озадаченную физиономию, Пегги осклабилась. — А перевод, Адольф, смотри на дискете. — Затем, с ядовито-сладкой улыбкой, она отвернулась и пошла прочь.
Гивенс смотрел, как Маннинг уходит, и вид у него был потрясенный и озадаченный.
— Я так болт к носу прикидываю, — пророкотал у него за спиной Сэр Кушнер, — что ты ей, лейтенант, типа по вкусу. В натуре, без бэ.
Адольф повернулся посмотреть на улыбающегося блондина.
— Правда?
Кушнер посмотрел, как Пегги наливает себе чашку кофе.
— Зуб даю, — сказал он. — Она ведь тебе лыбилась, усек? Но скажу тебе, корефан, лучше ты в тему врубись, а то у младшего лейтенанта на такого лохаря, как ты, времени нет.
— На лохаря? — хмурясь, переспросил Гивенс. Звучало это как-то не слишком заманчиво.
— Ну да, — кивнул Сэм, благожелательно улыбаясь. — А то еще раз завалишься сюда таким мудилищем безмазовым, и эта давала тебе живо коки оттяпает.
Некоторые выражения перевода не требовали. С несколько вымученной улыбкой Гивенс заверил десантника:
— Заметано, корефан.
