Как видите, мой аскетический наряд, дарованный почившим в бозе Марргон-тоем, племяннице, как и ее "Васеньке", не понравился. Но называть совершенно незнакомого человека "маньяком", все равно, извините, перебор. Да будь я маньячилой, на такую двухметровую лошадь со стоящими дыбом рыжими волосами и не позарился бы, как бы мне не приспичило. А с "эксгибиционистом" – вообще не в тему: кто не знает, что эти деятели предпочитают не памперсы, а плащи на голое тело. Впрочем, от плаща я бы сейчас не отказался. Не очень-то хотелось, чтобы на мою незащищенную одеждой кожу попали, возможно, ядовитые "сопли" от уже вовсю лопающихся белых шаров. Я даже представил себе этот классный шпионский плащ: длиннополый такой, с просторным островерхим капюшономм воротником, с глубокими, вместительными карманами для мелочевки из Хранилища…
И в самый разгар раскатывания губы я почувствовал, как памперсы на мне буквально расползаются в разные стороны. Но предстать перед всей честной компанией в костюме Адама, слава Крокодильим Богам, не пришлось. За какие-то секунды памперсы трансформировались в плащ, о котором я только что мечтал. В просторные карманы которого чудесным образом переместились безделушки из Хранилища.
"Хм… Вот теперь я что ни есть самый настоящий эксгибиционист, без трусов, зато в плаще", – подумал я с истинно философской отрешенностью, ни чуточки не удивившись произошедшей с моим единственным предметом одежды метаморфозе.
Да и чему было удивляться? Тому, что подарок аморфного существа оказался также аморфным, видоизменяемым по мысленному приказу нового хозяина? За последние, насыщенные самыми фантастическими событиями сутки, я и такое видел.
Голову тоже не ни чуть не удивила случившаяся с моими памперсами хрень. Даже немного обрадовала. С явным облегчением она сказала:
– Забыл я умственно, что дар Марргон-тоя – одеяние Фуаф-фо, подобно дарителю, менять структуру пластично умеет. Что ж, тем благоприятственней: значит, требовательность в третьей личине защитной отпадает…
После этих слов Голова вытащила из мешка и кинула Анне и Василию по простенькой маске с очками и респиратором. Мне же было велено изготовить противогаз "самолично посредством чудесного одеяния Фуаф-фо". Без особой надежды на успех я представил себе, как у плаща под капюшоном появляется маска "застекленными" прорезями для глаз и дыхательной системой, примерно как в противогазе.
Но вопреки моему пессимистическому настрою Фуаф-фо, или просто "фуфайка", – как я для удобства переиначил название подаренной Марргон-тоем одежды – послушно воплотила в жизнь мои мысленные указания.
Увидев мой обновленный наряд, Вася хмыкнул и обозвал меня "ку-клукс-кланом". А вот племяннице господина лейтенанта мой модернизированный "шмот" понравился. До такой степени, что был переведен из категории"маньяк-эксгибиционист" в категорию "стильный чамор". Что, согласитесь, прогресс…
ГЛАВА 2. Ящик фокусника.
Голова не дала нам долго рассусоливать. Под неприятный треск лопающихся шаров, она, насколько могла кратко, проинструктировала нас:
– Пора нам совместно потрудиться быстродейственно. Ибо Главный Думающий вернуться в сию реальность должен вскорости и планы наши тогда порушит он безжалостно… Я и отрок Застекленный Червь по обоюдной договоренности изгоним всех непосвященных хомо с Межвездной Ладьи, предварительно изъяв из заплечного вместилища дяди Анн-тона Чудесные Камни. Отворением специальных покоев для полуживотных проверим мы знание отроком Червем Тайного Числа Повелевания Вещью Чудодейственной. После чего отрок Червь даст повеление Вещи стереть наложенное им Тайное Число. В доказательство чего на Вещи узрим мы смену цветности Клейма-Отметины Хозяина… (Это той, наверное, точке на Ключе, которая после моих жамканий, действительно, сменила цвет с красного на зеленый.) И тогда отроки Застекленный Червь, Кингконг и отроковица Ан-ния могут покинуть Межзвездную Ладью и вернуться к жизнефункционированию обывательскому, даже не принося клятвы нерушимой о сохранении Тайны Великой "Черного Клыка"…
– А что делать нам с Аней, пока вы с Димоном будете зверье с корабля выпроваживать и ништячки по сидорам шмонать? – язвительно спросил у Головы Вася.
Понятное дело, друг не мог даже в мыслях позволить себе находиться не в центре событий, играть на вторых ролях, или попросту затеряться в массовке. Супергеройская натура не позволяла. Тем более при девушке подозрительно-ласково называющей его не иначе как "Васенькой".
Но Голова уже, кажется, раскусила сложный характер Василия. С должной долей трагизма в голосе, нисколечко не переигрывая, сказала:
