В центре арены зелёный верзила обошёл всё ещё бившегося в конвульсиях хамелеона. Поднял руки вверх, навстречу зрителям, наслаждаясь мгновениями всеобщего восторга и упоения его, Ар'рахха, успехом. Как хорошо, что свидетелем его триумфа стала та, которая… Он внимательно пробежал глазами по первому ряду, забитому зрителями. На местах К'нарра и его дочери была пустота. Молодой следопыт покрутил головой, всматриваясь в лица всех зрителей первого ряда — может, они просто поменяли место? Но работорговца и его дочери нигде не было… Тревожное предчувствие неприятным холодком коснулось его сердца, он необъяснимым образом почувствовал, что с ними приключилась какая-то беда. Но вдвойне неприятно было то, что Ар'рахх ничем не мог им помочь… По крайней мере, пока не мог…
От Верховного Жреца не ускользнула мгновенная перемена в настроении гладиатора. Смутное предчувствие, что произошло что-то не так, как планировалось, заставило его на мгновение задуматься, вспомнить все события последнего Дня… Он встал со своего трон-стула, подошёл к широкому массивному поребрику, отделявшему ложу от нижней части амфитеатра. Понтифик внимательно проследил за взглядом Ар'рахха. Вслед за ним он осмотрел весь первый ряд. Кажется, он догадался в причине мгновенной перемены настроения гладиатора. Он жестом подозвал к себе одного из Жрецов низших Уровней, что-то негромко сказал ему на ухо. Жрец кивнул в знак того, что он всё понял и почти мгновенно растворился во тьме проёма, ведущего внутрь Храма.
…Тем временем с арены, затянув толстый канат на хвосте Д'ронна, несколько стражей вытаскивали поверженного хищника. Наконец, ворота за ними закрылись… Судьба тела гигантского хамелеона была предрешена. По давно заведённым в Храме правилам, туловища погибших животных (И гладиаторов — тоже. Но это было одним из самых больших тайн Храма) не уничтожалось, а «утилизировалось». Что на практике означало, что трупы потрошились, разделывались и использовались в качестве корма, например, для тех же хищников. Или довольно многочисленной своры Хранителей Домашнего Очага, которые исправно несли свою службу на дальних и ближних подступах к Храму и которых, естественно, так же приходилось подкармливать. Мяса после Игр Богов всегда оставалось много. Так зачем же пропадать добру?
Кто будет следующим гладиатором? Почему-то сегодня это волновало зрителей гораздо больше, чем обычно. Дракам, до краёв заполнившим воронку амфитеатра, в первом же поединке вкусившим зрелища редкостного, изысканного — наивысшего качества — хотелось продолжения этого «пиршества» мужества, ловкости, силы, изобретательности. И не их вина, что следующему гладиатору просто немного не повезло.
Началось всё с выбора оружия. Очевидно, этот высокий, сильный гладиатор когда-то и где-то послужил Хранителем Ворот или стражником. Потому что он, ни на мгновение не усомнившись, выбрал копьё. Прекрасное оружие для единоборства один на один с другим гладиатором или тяжёлым неповоротливым хищником вроде того же Д'ронна. Похоже, иного он и не ожидал. Но Бог удачи Ран распорядился иначе…
…Едва гладиатор занял положенное ему место в центре арены, из приоткрывшихся ворот кубарём выскочила… свора разъярённых Маг'гов. Свора была небольшая — всего шесть хищников. Но на редкость кровожадная. (Перед поединком их, как и всех остальных хищников, подкармливали мясом гладиаторов, погибших на прошлых Играх Богов Для этой цели имелось даже специальное хранилище, в котором по особой, тщательно скрываемой технологии не один Год можно было хранить мясо не теряющее своих питательных и вкусовых качеств.) Маг'ги известны не только своей неистребимой жаждой убийства, они очень осторожные, сплочённые и изобретательные животные. Впрочем, их осторожность простирается до того момента, пока они не нащупают слабое место своей жертвы. Стоит им понять, что жертва им «по зубам», осторожность мгновенно уступает место безудержной ярости и храбрости. И тогда только смерть может остановить их бешеное стремление вцепиться в горло жертве.
Гладиатор, судя по всему, всё это хорошо знал. Он уверенно стал в оборонительную стойку, прокрутил копьё над своей головой.
