С яростным рычанием колдун кинулся к своей любимой одним прыжком, стоившим ему невероятных усилий. Но ему было всё равно. Пусть магия разрывает сознание на части – соберет позже. Лишь бы не дать ей оказаться в объятиях другого. В объятиях человека, который каждый чертов раз пытается отнять ее! Хочет воспользоваться минутной слабостью и получить его жену! В его каюте! На его постели, дьявол его раздери!
Где она была с ним! И должна быть только с ним!
Себастьян всё стоял рядом, одним лишь взглядом говоря, что хочет большего.
ТЫ НИ ЗА ЧТО ЕЕ НЕ ПОЛУЧИШЬ!!!
Адмирал пытался схватить девушку за плечи, но его руки вновь проходили сквозь нее – в реальности на этот раз. Пробовал оттолкнуть ненавистного капитана. Кричал. Срывался. Прогонял ядовитые подозрения. Но они вгрызались в мысли, ехидно нашептывая, что так было всегда. Она – с ним. Любит его. Вернулась к нему. Сбежала из Санта-Доминго с ним, украв корабль у влюбленного дурака. И всего лишь издевалась, используя его чувства и смеясь над ними. Так дерзко. Так просто. Так безжалостно.
Диего с силой сдавил виски ладонями. «НЕТ! ЭТО НЕ ТАК! ПРОЧЬ ИЗ МОЕЙ ГОЛОВЫ! ПРОЧЬ!!!» – звенела одна и та же мысль.
ПРОЧЬ…
Прочь от нее, не трогай, не прикасайся!!! Не делай этого, Адель! Услышь его! Посмотри на него!
В гневе и отчаянии колдун начал крушить всё вокруг.
Заплаканная, потерянная, Аделаида стояла перед капитаном, так и не забывшим давние надежды, и пыталась собрать все осколки мыслей воедино. Себастьян никогда бы не стал за ней следить. Не отнял бы у нее кольцо. И не запер в четырёх стенах, словно куклу, с которой можно поиграть и забыть. Он спокойный и надёжный. И всегда рядом.
Но…
Но…
Но она хотела к другому. К последнему мерзавцу, что заставлял ее сердце биться чаще и души в ней не чаял. Да, собственничая и опасно перегибая, но все же...
«Не делай этого, Адель! – в ушах как будто стоял взбешённый голос Диего. – Посмотри на меня!» Спрятанной в глубине сознания магией (или же интуицией любящей женщины?) она ощущала, что они с капитаном в каюте не одни. Списывала всё на нервный срыв и свое глупое помешательство, но краем глаза, лишь отводя взгляд в сторону, словно видела тёмную тень в вечернем сумраке комнаты.
– Себастьян… – произнесла девушка неуверенно.
В шкафу сами собой зазвенели хрустальные бокалы. Странный легкий холодок в запястье пробежал выше по руке. Что это? Обыкновенный сквозняк?.. Или что-то иное?.. Она украдкой осмотрела пустую комнату. Всё как обычно?..
Себастьян стоял в полушаге от Адель и ждал ее ответа. Уже в который раз он приходил к ней и пытался начать отношения, выходящие за рамки привычных им дружеских, – и всегда она отказывала. Всегда отказывала всем. Мужчина не мог понять причину ее стальной неприступности: он и не догадывался, кого некогда сбежавшая от судьбы дворянка любит на самом деле.
Аделаида нашла в себе силы посмотреть на него прямо.
Нет. Она не может так поступить с человеком, который ей, черт возьми, дорог. Пусть он стоит по другую сторону баррикад, следит за ней, жестоко использует ее народ в своих честолюбивых целях. Пусть они даже не вместе, что бы он там ни считал. Это не повод опускаться до подлости и предавать, в первую очередь, себя. Она не хотела бы однажды узнать, что так поступил он…
– Мне нужно побыть одной, – ответила Адель вежливо, но непреклонно.
Мужчина смолчал и послушно вышел, оставляя за закрытой дверью свои давние надежды вновь обрести счастье после тех трагичных событий. Возможно, из-за этого он был слишком чёрств с ней… но она приняла решение.
Аделаида порывисто развернулась. Что-то здесь не так. Она всё еще не ощущала себя в одиночестве.
– Диего?.. – тихо позвала она наугад. Не мог же он…. или мог? Если… если он… каким-то образом и правда… как же не вовремя!
Покачнувшись, упал стул. Тяжелая стопка книг слетела с тумбочки. Нет. Это не мог быть сквозняк.
– Я знаю, что ты здесь! – ее голос прозвенел волевой готовностью и в то же время плохо скрываемым волнением. Говорить с ним?.. Сейчас?.. Она и без того сорвалась сегодня, позволив себе слёзы впервые за долгое время! А он даже так до нее добрался! Невыносимый упрямец, не видящий ничего, кроме собственных желаний!
Диего де Очоа бушевал дикой первозданной стихией, переполненный вспышкой неконтролируемого колдовства. Жгучая ревность разрывала его душу в клочья. Беснующиеся эмоции придавали ему сил. Он сбрасывал и разбивал всё, к чему был способен прикоснуться, не обращая ни на что больше внимания.
– Успокойся... – просила девушка, следуя взглядом за полупрозрачной, едва зримой, тенью. – Ты всё не так понял!
В порыве злости адмирал смог схватить свою жену за запястья. Всё он понял так!
Ты моя! Моя, моя, моя, моя, моя!
Он с силой обхватил руками ее талию и потащил за собой. Сжал слишком крепко, крепче, чем когда бы то ни было, не понимая, что может причинить ей боль. Обида, ревность и ярость туманили его разум плотной пеленой, заставив забыть обо всем на свете. Остались лишь бешеные эмоции и желание во что бы то ни стало забрать ее с собой.
Диего сорвался. Взорвался мощной вспышкой гнева.