Но у него не осталось времени. Дальше всё происходило слишком быстро. Сначала дверь без разрешения распахнул перепуганный стражник – и адмирал сорвал свое отчаяние на нем. Потом… потом внутренний двор заполонили мертвецы. Полчища мертвецов, тянущих костлявые руки, невнятно шипящих одни и те же угрозы, смотрящих пустыми глазницами… они были повсюду. Диего де Очоа молниеносно вскочил с места и, выхватывая меч, закрыл Аделаиду плечом. Он даже не задумался, бросившись защищать ее. Его жену они не тронут! Ни за что! Сосредоточенно он сталью и колдовством отбрасывал одно порождение тумана за другим, не позволяя им приближаться к любимой. Да, Дон был уверен, что она справится и сама, в ее силах он и не думал сомневаться – но как будто мог поступить иначе. Пока он рядом, никто не посмеет навредить ей!
Однако следовать плану мужа девушка, конечно же, не стала. Рыжий ураган достала свою древнюю саблю и кинулась в бой.
– Еще ты меня от них не защищал! – воскликнула волшебница с пламенной иронией, посылая луч света в толпу мертвецов. – У меня в этом вообще-то побольше опыта! И да. Будешь так разговаривать с подчиненными, милый, – сам от меня получишь.
Одним резким движением она разрубила мертвеца пополам. Адмирал восхитился ее быстрому, почти незаметному манёвру. Его Аделаида стала очень хороша в фехтовании…
Волна тёмной энергии уничтожила нескольких врагов разом, обратив их в пыль. Диего был прав. Колдовать рядом с ней стало как будто… свободнее. Он чувствовал себя способным свернуть горы – и да, перевернуть мир. Мужчине чертовски нравилось это пьянящее чувство, переливы чистой магии в руках, приятное покалывание колдовства в пальцах. Интересно… она ощущает то же самое?
Всего несколько минут спустя мертвецы начали отступать, дрогнув перед силой двух умелых магов.
– А дальше, я думаю, ты и сам справишься… любимый, – произнесла Аделаида. С колкой иронией последнее слово. И обворожительно улыбнулась. – Вообще, подобные предположения о совместном правлении надо делать на одном колене… и желательно с колечком в руках. Тогда я бы еще подумала. А так – слишком сухо и по-деловому.
И с этими словами она сбежала, ловко скрывшись в тени. Оставляя его одного. Растерянного. Отчаявшегося.
Опять.
Опять!
ОПЯТЬ!!!
Аделаида стояла на крыше самой высокой башни Роко-Муэрте и мучительно, почти безнадежно пыталась успокоиться.
Он… Он…
Он с ума сошёл! Мир ей захотел подарить! Управляя мертвецами и туманами! Одержимый псих! Разбойница слушала его и тонула в мыслях, отказываясь верить своим ушам. Буквально заставляла себя смотреть ему в глаза, не отворачиваясь. Не напрасно она боялась... Нет, безумия она в них не увидела – но непреклонную волю, упрямство и мрачную решимость. Диего чертов ты де Очоа… что с тобой произошло? Почему ты не мог просто забыть о мировом господстве?! Не строить этот флот, не вызывать на себя людской гнев?! Просто жить, откинув имперские амбиции!
Дурак, дурак, дурак!
И ведь не убедишь его ни в чем, идиота упрямого! Он правда верит, что… аргх!
Да за что же ты такой!
Адель еле сдерживала злые и горькие слёзы. Она винила во всем себя. Если бы… если бы она не пропала без вести на целый год и осталась с ним, как он всегда и просил, то могла бы сдерживать его тёмную сторону, утихомирить, убедить, сделать хоть что-нибудь! Но она бросила его, прекрасно зная, что такое может произойти! Что такое обязательно произойдёт! Выбрала свой путь, оставив всё остальное на произвол судьбы. И тёмная сторона в нем возобладала.
И начался переворот… родители не стали бы устраивать восстание, будь она на престоле рядом с Диего! А ведь дочь когда-то даже не посчитала нужным сказать им, что… что любит его. И заботливые родители решили избавить город и дочку от «тирана»! Не зная… ничего не зная!
«Это я во всём виновата...» – билась в голове навязчивая, убивающая мысль.
Да. У нее была миссия. Ее тянула свобода. А он защищал свою жизнь – и сильно перегнул. Но что еще ему оставалось делать?! Сдаться на милость заговорщикам? Диего де Очоа никогда так не поступит, потому что он… чертов Диего де Очоа, что б его!!! Там, на площади, Аделаида пыталась пробиваться к нему, чтобы остановить воцарившееся безумие, встать между ним и народом, прекратить эту бессмысленную бойню, где жертвы – все. Но у нее не вышло. Людской гнев слеп и не знает разума – с обеих сторон. И губернатор… тоже ослеп. Вспомнил о своей вечной роли безжалостного тирана.
Дурак…
Почему, почему, почему всё должно закончиться так? Ее любимый человек утонул в отчаянии, тоске и стремлении к власти. Он… сделал много ошибок. Всё зашло слишком далеко. Слишком, слишком далеко!
Пора прекратить это раз и навсегда.
«Кого ты выберешь? – там, в мире духов, издеваясь, спрашивал Дейви Джонс. – Любимого мужчину или родителей и друзей? Твой выход...»
Адель не станет играть по его правилам.
Всех.
Она выберет всех.