Все они с первого класса дружили. Алексей работает там же, где Олег до призыва в войска, — слесарем контрольно-измерительных приборов. Тимофей — студент Рыбинского технологического института авиационной промышленности. Михаил — Ярославского мединститута. Правильные, добрые ребята. Каким он парнем был? Сегодня не время говорить плохое. Дань печальной традиции? Или так оно всегда — смерть выбирает лучших? Официальная характеристика — припечатанный серьезный документ. Свидетельство очевидцев и соучастников жизни.
Информация к размышлению. “Характеристика выпускника средней школы № 15 г. Череповца Петрова Олега Михайловича, 1974 года рождения, члена ВЛКСМ. Общее физическое развитие удовлетворительное, здоров. Имеет хорошие умственные способности, развитое мышление, цепкую память. На учебном труде подчас может проявить легкомыслие, поэтому наряду с хорошими оценками у него встречаются и тройки, хотя прекрасно мог бы при должном старании учиться и без них. При желании может хорошо трудиться, легко овладевает новыми трудовыми умениями и навыками. Имеет привычку к длительным трудовым усилиям, инициативен в труде для своего блага. Правила для учащихся выполняет, любит порассуждать о своих правах, обязанности предпочитает по личному выбору, хотя все требования учителей старается выполнять. Активно работал в совете дружины школы, член знаменной группы. Принимал участие в спортивных соревнованиях. По темпераменту сангвиник. Как правило, неконфликтен, но любит поиронизировать, умеет подметить человеческие слабости, обладает чувством юмора. Увлекается современной музыкой, восточной боевой гимнастикой. Самолюбив, подчас упрям. На спокойную доброжелательную критику реагирует правильно.
Директор школы Байкова Татьяна Васильевна.
Классный руководитель Винокурова Людмила Егоровна.
14 июня 1991 года”.
МАЛЬЧИШКИ всегда играли в войну. Олег с приятелями налаживал переправу через лужу-море, бился на деревянных саблях. Событием для него стала поездка в лагерь “Океан” на Дальний Восток. Оттуда писал: “Сейчас у нас военное положение, а недавно была “Зарница”. Сначала мы собирали автоматы, потом было разминирование поля. Мы разминировали, но не все поле, минами были консервные банки. Потом мы заняли круговую оборону и стали оборонять свой лагерь. Тут мы, т. е. я и мой друг Саня, увидели двух разведчиков из другого отряда, они были на какой-то высотке. Мы бросились за ними, или точнее — на них. Один из них побежал с горы, произошло столкновение или что-то другое. В общем, из-за этого мы, т. е. я и Саня, и этот разведчик покатились вниз. Когда я катился вниз, я не знал, как я остановлюсь, потому что чуть дальше, где кончается гора, море. Тут мне помогли кусты, и очень хорошо, что я остановился, потому что, встав, я увидел сантиметрах в пятидесяти от меня дерево. Спасибо кустам, но не очень, потому что я немного поцарапал себе лоб, но это уже зажило. Хоть у меня и были раны, из которых не шла кровь, но все-таки мы взяли этого разведчика. В “Зарнице” мы заняли первое место...” ...Когда они попали под обстрел и изорванный бронебойными пулями бэтр замер, единственно правильным решением было спешиться, отойти, отползти. Полета метров до спасительных кустов преодолели не все — лейтенанта Михайлова и милиционера пули настигли через мгновение, майор Грицюк и рядовой Петров остались в броне. Убитые... Их доставал из брони командир роты старший лейтенант Роман Монахов. Что было в ваших глазах, товарищ майор и товарищ солдат? “В наших глазах — крики “Вперед!”.
В наших глазах — окрики “Стой!”. В наших глазах — рождение дня. И смерть огня. В наших глазах звездная ночь. В наших глазах потерянный рай. В наших глазах закрытая дверь. Что тебе нужно? Выбирай!”
Они ждали завтрашний день. ... Альма почуяла беду первой. Михаил Тимофеевич испугался, увидев собачьи тоскливые глаза. Она положила лапы ему на плечи, лизнула лицо, заскулила. Где-то далеко, за сотни верст от Вологодчины, неживого солдата одевали в парадный мундир.
И мы знаем, что так было всегда, что “судьбою больше любим, кто живет по законам другим и кому умирать молодым. Он не помнит слова “да” и слова “нет”, он не помнит ни чинов, ни имен. И способен дотянуться до звезд, не считая, что это сон. И упасть опаленным звездой по имени Солнце”. Это Виктор Цой.
Друзья сказали, что без Цоя Олежку не представить. Над стихами-песнями Виктора — расколотая падающая звезда. Звезда будет высечена на красном граните, в который одета
аллея плача на череповецком кладбище. Солдаты кладут на могилу полураспустившиеся розы.
Назавтра лил дождь. Осень всегда права...
Бойцы из экипажа 450-го собирались на дембель: рядовой Михаил Стрельников — на Тамбовщину, рядовой Сергей Королев — в Екатеринбург, ефрейтор Сергей Зимин — в свое костромское Липятино, рядовой Сергей Бурцев — в село Дзержинское Красноярского края. Российские солдаты, остановившие гражданскую войну...
Петровы, когда утихнет боль, хотят приехать в Москву, к Дому Советов, где мир пошел на сына войной...
