Удивительно, но сразу же после обстрела боевики активизировались.
— Мы увидели большую группу людей, которая выдвигалась к нам из леса, — вспоминает замкомбата майор Лачин Шукюров. — Из-за плохой видимости думали, что это подкрепление к нам идет. Уж больно много их было. Но тут они открыли огонь. Ранение получил старший лейтенант Ахсарбек Лолаев, находившийся в угловой комнате. В одночасье ситуация коренным образом изменилась. Горстку солдат обложили со всех сторон.
Всем стало совершенно ясно, что положение штурмовой группы отчаянное. Чтобы спасти людей, необходимо было уходить, прорвав кольцо почуявших запах крови боевиков. Ахсарбек Лолаев отдал приказ перенесшим его в безопасное место солдатам уходить из санатория. Сам же принял решение остаться, чтобы обеспечить прикрытие отходящей группы. Но уже через несколько минут в комнате взорвалась граната, выпущенная по зданию из подствольника. Лолаев, и без того раненный, оказался контужен. Оглушенный, истекающий кровью, он не мог уже держать автомат. Увидев, в каком положении находится офицер, к нему бросился Вадим Ермаков:
— Уходите, парни! Я прикрою! Старлея потом вынесу! Быстрей уходите!
Вадим, заняв выгодную позицию в угловой комнате, взял на мушку бетонный забор и подходы к зданию. Место было очень удобным: большая площадь перед санаторием оказывалась в секторе обстрела, что позволяло отсечь боевиков огнем из всех видов оружия. У Вадима был ручной пулемет, за спиной болтался огнемет “Шмель”. Солдат был готов устроить чеченцам русскую баню с обжигающим паром!
Боевики, заметив, что из угловой комнаты стрельба стала реже, внаглую стали перелезать через забор. Тут-то Ермаков и открыл огонь из пулемета. Бил с шести метров. Несколько бандитов были сражены очередями, остальным удалось выйти из сектора обстрела. Комнаты санатория тем временем превратились в ад. Плотность огня усиливалась с каждой минутой. Чаще всего простреливалось окно коридора, гранаты летели и с верхних этажей. Некоторые внутренние перегородки оказались гипсовыми. После взрывов они превращались в пыль. Деревянная обшивка стен горела. В коридорах и комнатах вскоре уже стояла плотная завеса из дыма и пыли. Боевикам удалось полностью взять под огневой контроль коридор и тем самым вынудить бойцов сосредоточиться в трех комнатах. Ермаков вместе со старшим лейтенантом Ермошиным и рядовым Дегтяревым так и остались в угловой. Когда боевики предприняли очередной наскок, Вадим выстрелил из “Шмеля”. Залп огня поразил еще нескольких боевиков. Вызвав основной напор бандитов на себя, Ермаков позволил двум группам, найдя лазейку в плотном кольце окружения, хоть и с потерями, но вырваться из здания.
Вадим, двое его товарищей-солдат и старший лейтенант Лолаев выйти из огненного мешка не смогли. Разрыв гранаты обрушил балки и перекрытия на Лолаева, смертельной тяжестью придавив израненное тело офицера. Пути отступления оказались полностью отрезанными. Они отбивались до того момента, когда в комнату влетела граната. Взрывом их раскидало в стороны, каменным крошевом и осколками посекло тела. Когда все трое пришли в себя, то оказались под прицелом боевиков.
Дегтярева и Ермошина позже удалось освободить. Из их сбивчивых, иногда противоречивых рассказов и узнали, какими были последние минуты жизни Вадима Ермакова. Бандиты начали допрос именно с него, спросили воинское звание. Ермаков ответил, что он рядовой срочной службы. Боевики не поверили. Во-первых, он выглядел старше, был высокого роста, очень крепкий физически. Недаром к нему в роте прочно прилипло прозвище Большой. Во-вторых, он носил офицерский ремень...
— Ты все врешь. — Один из чеченцев выругался. — Ты контрактник...
Его стали избивать. И здесь боевики допустили ошибку, недооценив выносливость и крепость духа парня. Когда казалось, что он уже не в силах стоять на ногах, Вадим изловчился и выдернул у одного из боевиков гранату. Те растерялись... В оседающей после взрыва пыли на усыпанном гильзами и битым кирпичом полу в крови лежало несколько чеченцев. Остальные, контуженные и раненные, выползали из комнаты. Русский солдат бился до последней минуты. Когда он потерял последние силы и лежал, раненный, контуженный, едва живой, бандиты сворой накинулись на него, буквально растерзали... Им, одурманенным войной и кровью, не понять было той высоты человеческого духа, который жил в большом теле русского солдата. И дух этот, сотканный из миллионов частиц, в каждой из которых имена дедов и прадедов, душа отца, любовь матери, красота тихой речки Ипуть, звонкий смех школьных друзей, мудрые и теплые слова учителей, почти физическое чувство боевого товарищества, — дух этот стал победителем в той страшной смертельной схватке 9 августа 1996 года.
Александр ЛЕБЕДЕВ
Герой Российской Федерации рядовой Жолдинов Жантас Бахитжанович
