– А Джерри приходил? – вдруг вспомнила я, подскочила на сидении и подскочила так, что ударилась головой о крышу, как раз там, где была подушка безопасности. Это огромное белое средство защиты стукнуло меня по макушке и прижало к приборной панели.
Папа нажал на нужную кнопку, подушка сдулась и со свистом уползла обратно.
– Как тебя разобрало-то, – присвистнул папа, – любовь! – посмотрела в окно.
Ну конечно, естественно, Гейбл стал свидетелем моего позора.
Вот скажите-ка, почему нужно ехать именно с моей стороны?
Репортер хихикал.
«А чего он вообще за нами увязался?» – подумала я, а папа ответил:
– Потому что нет тебе, доча, больше доверия. Толковый парень, но догадался поздно.
– Джерри приходил, спрашиваю? – обиженно спросила я.
– Приходил, – ответил папа, – платье привез, я его в твой шкаф убрал, – я кивнула.
Ладно хоть платье есть. Интересно, что за платье?
А с другой стороны, какая разница? Можно подумать, у меня есть выбор…
Прибыли. Я вышла из машины, нет, я вывалилась из машины, потому как ноги у меня дрожали. То ли я перетанцевала, то ли я перецеловалась, то ли я переволновалась.
Непонятно.
Папа привычно подхватил Энн, она даже не шелохнулась, подошел к дому и открыл дверь соответствующей комбинацией кнопок.
– Открыто, – сообщил особняк, а ко мне подошел Кларксон.
– Я вот думаю, – наклонился он к моему уху, – до девяти осталось чуть больше трёх часов, куда вы умудритесь влезть за это время? Банк, например, ограбите? Разрушите резиденцию? Разнесете космодром?
– Очень остроумно, – ответила я и прошла в дом.
– Оставляю с вами Эмму, – крикнул мне Гейбл, перед тем как сесть в машину, – на всякий случай, чтобы вы никуда не делись.
А всё не так и плохо, нет, всё отлично!
Меня всё-таки возьмут завтра замуж, что не может не радовать в связи с отсутствием у меня работы и наличием долгов.
– Я всегда знала, что вы созданы друг для друга! – довольно сообщила Эмма.
– Да что ты? – повернулась я к подруге. – А почему же ты не сообщила об этом знании мне?
– Так, вот, – смутилась она, – сообщаю.
– Миссис Престон, – возмутилась я, – а этот вот конкурс, в котором я выиграла, – догадка озарила мой затуманенный поцелуями мозг, – не ваша ли это была идея?
– Моя, – честно призналась она, – но тебе-то от этого только лучше, разве нет? – заискивающе спросила Эмма. – А я внуков хочу, – шепотом добавила она.
– Да вы вконец… обалдели, – махнула я на неё рукой и вошла в дом.
Всё.
На сегодня больше никаких приключений.
У меня, в конце концов, свадьба.
Через два с половиной часа.
Утро началось отвратительно.
Пронзительно зазвонил телефон, и, кутаясь в одеяле, я снова упала с кровати.
– Слушаю? – гаркнула я в трубку.
– Проснулись? – весело поинтересовался мой жених.
– Проснулись, – обреченно согласилась я, натягивая папин халат.
– Ну, тогда до встречи, – дальше прозвучал какой-то очень странный, труднопроизводимый звук, и Кларксон добавил, – Пончик.
Пончик отключил связь и пошел в ванную.
Да… хороша. Под глазами синяки, на голове бардак, ну и в голове, конечно, тоже.
Двадцать минут и я практически конфетка.
Я уже пару раз пожеванная, завалявшаяся в кармане и надолго забытая, конфетка!
Подошла к шкафу, вытащила платье. Платье было очень даже приличное, только короткое. Застегнула босоножки, посмотрела на себя в зеркало, бросила взгляд на часы.
Пора.
– Папуля! – крикнула я на весь дом.
– Я жду тебя, доча! – радостно ответил папа откуда-то с кухни.
– Мы все уже тебя ждём! – подпела ему Эмма.
«Не будем заставлять публику ждать», – решила я и вплыла на кухню.
– Хороша! – заявил отец.
– Да, – согласилась Эмма.
– Очень, – подтвердила Энн.
Папа вручил мне кофе, кофе был жутко крепкий и даже без сливок. Но я поморщилась и допила до дна, потому как другого энергетика под руками не было.
Выглянула в окно, у нашего дома стояло несколько больших разноцветных машин. Одна, особенно красивая, была ярко-розового цвета и вся украшена… стразиками?
«Гламурненько», – хихикнула я.
– А это к кому? – спросила я у папы.
– К тебе, – не понял отец и принялся объяснять: – на розовой Бенжамин, на черной Алекс, на синей Джерри, а Кевина нет. Он уже к мэрии приедет. У них какое-то собрание сегодня, – сказал папа, глядя в мои круглые глаза. – Ты Звезда, дочка! – хлопнул меня папа по плечу.
– Ага, – закивала Энн, и тут я увидела, что она и Эмма в абсолютно одинаковых, совершенно потрясающей расцветки нарядах.
– Это Джерри утром привез, – Энн подняла подол длинного, малинового в голубые сердечки, платья.
– Очень красиво, – сделала я им двоим комплимент и подумала, что по сравнению со своими подругами я еще очень даже ничего.
У меня розовые сердечки на белом фоне.
У меня классика.
Я подтянула лиф своего шикарного платья и вышла на улицу.
«Странный Джерри выбрал вариант», – промелькнуло в голове.
Нет, безусловно, очень даже стильно и модно, но больше подходит для похода на детский праздник, чем для свадьбы.
Хотя, мой наряд для утренника не подходит в силу того, что заканчивается примерно там, откуда начинаются ноги.
Одернула подол. Вывалилась грудь.
«Да что ж такое!» – возмутилась я и подошла к машине Бенжамина.
