Как уже говорилось, Евгений Петрович любил вспоминать о былой службе и рассказывать криминальные истории. Он хранил в отдельном альбомчике фотографии всех преступников, находящихся в розыске: тех, кому удалось избежать заслуженного наказания. И к каждой фотографии у него была приложена краткая история преступления. Бывший следователь любил зацепить собеседника несколькими фразами о преступнике, и, если видел, что тот искренне заинтересовался, рассказывал истории с интригующими подробностями. После этого слушатель уже никогда не мог забыть того, что услышал и, если бы встретил преступника, то непременно бы его узнал.
Недалеко от отеля, в котором остановились Семён Сергеевич и Юлия Владимировна располагалось небольшое уютное кафе. Там по вечерам собирались постояльцы гостиницы, чтобы поужинать; местные жители и жители близлежащих домов обменивались новостями, играли в шахматы, нарды, в подкидного дурака, заказывали кофе, а то и что-нибудь покрепче. На веранде играла негромкая музыка, любители могли потанцевать. Среди посетителей кафе большинство составляли русские и другие национальности бывшего социалистического лагеря, переселившиеся после его распада в Болгарию из-за хорошего климата и сравнительно недорогого жилья. Все местные жители хорошо знали друг друга, поэтому новые лица – отдыхающие, постояльцы гостиницы – сразу бросались в глаза, но особого интереса не вызывали. Зато о местных все знали всё.
Приезду Семёна Евгений Петрович был несказанно рад. Их знакомство состоялось по разные стороны правосудия, но порядочность друг друга они оценили по заслугам. Вечером приятели встретились в кафе.
– Чем тут у вас кормят? Посоветуй, – попросил Семён Сергеевич.
– О, если ты хочешь подкрепиться, закажи копаму. Здесь её отлично готовят.
– А что это? – поинтересовалась Юлия Владимировна.
– Это мясо, много разного мяса с квашеной капустой и рисом, – смачно причмокивая губами кончики пальцев, пояснил Евгений Петрович.
– Нет, нет, Сёма, ты себе закажи копаму, а мне что-нибудь без мяса. Я вечером обычно пью ряженку.
– Тогда закажите таратор, это окрошка на йогурте, тоже вкусно.
Когда наши приятели утолили голод, Семён Сергеевич закурил трубку. Мужчины разговорились. Юлия разглядывала посетителей и уже начала скучать. Тут Евгений Петрович придвинулся к ней и спросил,
– А вы на самом деле писатель?
– Сёма вам успел сообщить? Да, я очень люблю слушать интересные истории, а после записываю их и публикую.
– Тогда считайте, что вам повезло. Я очень люблю рассказывать страшные истории. У меня даже фотографии при себе, рассказываю и показываю.
Он достал из нагрудного кармана небольшой альбомчик с фотографиями и открыл его первую страницу.
В это время молодая красивая блондинка, лет тридцати пяти вкатила в зал инвалидную коляску. В коляске сидел старик: худощавый, с жидкими прилизанными волосами, в жилетке и широких коротких брюках, из-под которых торчали узкие щиколотки в длинных чёрных носках. Инвалид поздоровался со всеми кивком головы. Он явно гордился своей спутницей, смотревшей равнодушным взглядом на посетителей кафе и, в отличие от него, не считавшей нужным поприветствовать собравшихся.
Евгений Петрович мельком взглянул на вошедших, но потом, словно его что-то удивило, снова пристально посмотрел на женщину.
– Извините, – сказал он Юлии Владимировне, и пересел за соседний столик к пожилой семейной паре. Евгений Петрович обратился к соседке с вопросом,
– Кира Ивановна, кто эта дама с Никитой Васильевичем?
– А, это его новая сиделка. Говорят, что он на ней собирается женится. Не правда ли, странно? Такая красавица, молодая? Наверняка надеется получить в наследство его виллу, – вполголоса прошамкала старушка.
– Нужно бы пообщаться с ней поближе, что-то мне её лицо показалось знакомым – сказал Евгений Петрович, пересев на прежнее место, но продолжая диалог с Кирой Ивановной и, возвращаясь к прерванному разговору с Юлией, продолжил:
– Начнём с начала, – он открыл первую фотографию и рассказал про серийного убийцу, которому удалось попасть в психушку и впоследствии оттуда сбежать.
Вечером Юлия Владимировна села за ноутбук и записала услышанную от Евгения Петровича историю, а Семён Сергеевич лёг в постель и моментально заснул. Сказалась усталость от недавней дороги, плотный ужин вызвал чувство лени, да, ещё и стаканчик вина. После спиртного его всегда тянуло ко сну.
Утром Юлия и Семён по пути на пляж выпили в кафе по чашечке капучино. Местный бариста готовил отличный кофе, не хотелось добавить ни сахара, ни сливок. Морская вода серебрилась на солнышке, друзья искупались и лежали под тентом, наслаждаясь теплым морским воздухом. Когда возвращались, заглянули к Евгению Петровичу, чтобы поприветствовать его.
В доме Евгения Петровича царил переполох. Ворота и входные двери были распахнуты. Во дворе стояла полицейская машина. В холле следователь разговаривал со Светланой. Глаза её были заплаканы.
– Когда вы обнаружили тело? – спросил следователь.
