Юлия и Семён дошли до старой деревянной мельницы у самого моря, повернули обратно. Остановились возле старинного амфитеатра и церкви Святого Иоана, памятника греческого периода, и возле развалин церкви Святой Софии, византийского памятника. Разрушения происходили в период землетрясений, но стены сохранились довольно хорошо. Потом подошли к стене действующей церкви.
– Сёма, посмотри на эти чудесные клумбы. Как эти невысокие цветочки образуют причудливый орнамент. Нужно будет запомнить и посадить у нас также. Как красиво! – Юлия наслаждалась стариной. Ещё её заинтересовали вывешенные на стене около церкви некрологи с фотографиями умерших. В этом городе ей всё нравилось. – Я бы согласилась здесь жить.
Осмотрев все шестнадцать достопримечательностей, они купили сувениры – розовое масло в красивом флакончике, красивую салфетку ручной работы для Юлии и причудливую ракушку для Семёна. От пешей прогулки Юля устала и друзья покатались на морском такси. Домой в Варну возвращались при розовом закате . Солнышко садилось за море, быстро темнело.
Вернушись в отель, Юлия опять стала размышлять о внезапной смерти Евгения Петровича Лациса. От усталости она думала не долго, скоро заснула. Утром первым проснулся Семён Сергеевич. Юлия ещё лежала в кровати. Он подошёл к ней с недоумевающим выражением на лице и синим флаконом в руке,
– Юля, откуда эта вещица у нас в ванной комнате?
Юлия моментально вскочила, накинула халат, вытащила из сумочки влажную салфетку и, выхватив флакон, протерла его.
– Зачем ты взял в руки этот флакон? Его подкинули, чтобы в убийстве обвинить нас.
В этот момент в номер постучали.
– Не открывай, – прошептала Юлия.
– Вот ещё? – возмутился Семён Сергеевич и открыл дверь.
В номер вошли полицейский и администратор отеля. Увидев флакон, полицейский вопросительно посмотрел на Семёна, потом перевёл взгляд на Юлию.
– Нам это подбросили, – попыталась оправдаться Юлия Владимировна. – Нас не было дома вчера, а заметили его мы только сейчас.
– Придётся мне вас задержать, – сказал полицейский, – Одевайтесь, разбираться будем у следователя.
Он поместил флакон в пакет и, попросив поторопиться, вышел из номера, чтобы за дверью подождать задержанных.
Следователь Илья Иванов Драгов выяснил через свои контакты в России, что за люди эти приезжие русские. Пенсионерка интереса для следствия не представляла. А вот её друг заинтересовал Драгова. Слишком много было в его биографии тёмных пятен. Он попросил участкового пригласить Семёна Сергеевича для беседы. Полицейский, увидев злополучный флакон принял решение привести в участок обоих.
При допросе никаких ценных сведений для обвинения задержанных в убийстве получено не было. Задержанные наперебой твердили, что не имеют понятия, как флакон попал к ним в номер. Отпечатков пальцев на флаконе не обнаружили. Ещё бы, Юлия тщательно протёрла флакон. Следователь принял решение Юлию отпустить, а Семёна Сергеевича задержать до выяснения обстоятельств.
Вернувшись в отель Юлия вспомнила,
– Евгений Петрович говорил, что лицо Раи, сиделки Кучмы, показалось ему знакомым. Господи, как же мы забыли об альбоме?
Она уже хотела бежать к Светлане, но вспомнила, что та не осталась в доме Лациса, а собиралась пожить первое время после похорон у подруги.
Всю ночь Юлия не спала, думала,
– Как помочь Семёну? Как добыть альбом с фотографиями преступников?
Она чувствовала, что разгадка в альбоме. Рано утром ей позвонила Светлана.
– Юлия Владимировна, у нас опять несчастье. Валентина покончила собой. Я вызвала участкового. Доктор Стоянов уже здесь. Приходите скорее.
– Какая Валентина? Уборщица?
– Да. Вчера Роман попросил её убраться в доме. После смерти Лациса там никто не убирался, а он собирается уехать и закрыть дом до оформления наследства. Он не хотел оставаться в Варне и попросил меня присмотреть за домом. Я ушла ночевать к подруге. Велела Вале оставить ключ в почтовом ящике, когда всё уберёт и пойдёт домой. Утром в ящике ключа не нашла. Дверь открыта, кухня заполнена газом, а Валя сидит у газовой плиты над духовкой. Хорошо, что я не включила свет.
Юлия Владимировна быстро собралась и побежала в дом Лациса. Вслед за ней подъехала машина следователя.
– Что у вас опять случилось? – войдя в дом недовольно спросил следователь Драгов.
– Похоже на самоубийство, отравилась газом, – констатировал смерть доктор Стоянов.
– Кто отравился?
– Валентина, уборщица, – сказала Светлана.
– Она что – больная? Или любовница его? С чего бы ей травиться? – удивился следователь? – А, может быть, она его убила, а потом раскаялась? Я вчера отправил ей повестку, хотел допросить, не видела ли она, кто приходил к Лацису в день убийства, может быть, заметила что-нибудь подозрительное.
– Это на самом деле странно. Я разговаривала с Валей, когда она собиралась делать уборку. Она говорила мне, что её к следователю вызывают, даже что-то припомнила и хотела вам доложить. Не похоже, чтобы она собиралась таким образом умереть, – промолвила Светлана.
Пока следователь и участковый с врачом осматривали труп, Юлия Владимировна отозвала экономку,
