-Варя, да всё там у них есть… - Попытался Миха отвертеться от поручения жены, доставить куда-то, внушительный узелок с едой.
-А ну молчать! – Рявкнула Варя, хмурясь строго. – Видела я, как их кормят. Отнесёшь и всё тут.
-Нормально там кормят…
-Я помню как нормально. – Варя повернулась к Совнику и более мягким тоном, пожаловалась. – Ранили его в том году подземники, заштопали, а домой не отпустили, рана глубокая была. Так я на третий день пришла уже когда, в шестой уже раз – а он, соб драный, опять весь пьяный! А сам кожа да кости! А с ребёнком что сделают? Вообще понятия никакого у них нет! Лекари коромысло им в зад! Да я этих лекарей, да я их!
-Соб, а что это? – Поинтересовался Совник, услышав новое и непонятное слово, Миха на него шикнул, мол, молчи, целее будешь. Но, впрочем, и не важно – потом узнает что за собы такие. Ему ещё хотелось поинтересоваться о каком ребёнке речь, но тут сам догадался - судя по всему, речь шла о том парне, которого он спас, об их сыне. Сложно, конечно, было назвать его ребёнком, но, видимо, для любящей матери, сын, будучи даже седым, ребёнком беспомощным, так навсегда и остаётся.
Вскоре Михе вручили объёмистый узелок, и он поспешно покинул дом, Совник двинулся за ним.
-А я прилягу, что-то не хорошо мне… - Услышал он за спиной, за секунду до того как закрылась дверь.
Село заметно изменилось со вчерашнего дня. Трупы убрали. Пятна крови, где вчера были заметны, уже смешались с пылью и впитались в землю. Народа почти не видно, только на пристройках при изгороди, виднеются вооружённые люди, в кожаном доспехе.
Тут у него возникло сразу несколько вопросов. Он задал их один за другим, не дожидаясь ответа на первый. Миха послал ему весёлый взгляд и улыбку.
-Сразу видно, человек меча ты - с жизнью настоящей вообще незнаком. – Помолчал и пояснил, указав зачем-то, пальцем в небо. – Время урожай убирать. На полях почти все…
Он тут запнулся о какую-то кочку и выругался – узелок рассыпался по траве ближайшего огорода. Излив огорчение своё потоком брани, Миха присел на корточки и стал собирать узелок обратно. Совник попытался прийти на помощь, но Миха, махнув рукой, сказал:
-Сам я, ты князь лучше постой, дух переведи. Знаю-знаю, шатает тебя ещё, крепкий самогон у меня нынче получился, ух жеж крепкий зараза! – Он сим фактом, почему-то очень гордится…
С минуту там стояли, Совник, от нечего делать, оглядывался по сторонам и в какой-то момент узрел любопытную вещь. В огороде ближайшего домика имелся крупный валун, прямо в центре. Камень облепил зеленоватый мох, вокруг него высажены цветы с синими бутонами, но не это привлекло его внимание. Подле камня, прислонённая к нему, стоит дощечка. На ней вырезаны какие-то символы. Отдалённо они напоминали те, что он знал сам, и которыми была сделана татуировка на его руке. Но лишь отдалённо. Некоторые символы он узнавал, другие нет.
-Что это? – Спросил он своего друга, пока что единственного в селении.
-Где? – Миха отвлёкся от сбора узла. Совник показал пальцем на дощечку. – А на что похоже?
-Я не про то. – Слегка сконфуженно сказал Совник. Ехидная улыбка на лице Михи стала шире – он прекрасно понял, о чём речь. Но, видимо, настроение хорошее, так почему б и не пошутить? Причин того не делать вроде нет, вот он и пошутил. Лицо Совника продемонстрировало, что шутка удалась, настроение у кузнеца стало ещё лучше. – Символы на доске. Что это такое?
-Как что? – Удивился Миха, почти сразу небрежно взмахнул рукой и сказал. – Ты не обращай внимания. Там написано «сад камней». С ошибкой, кстати. Ну, пошли. Всё вроде подобрал. – Двинулись, шагов восемь сделали, Миха глянул на его задумчиво нахмуренный лоб – с высоты своего роста, данный гражданин, лучше всего видел как раз его лоб и макушку.
-Мы сами придумали эти знаки. Когда выживать стало полегче, понадобилось вести подсчёты, записывать, ну сам, наверное, понимаешь. Вот брёвен, сколько и каких притащить для постройки? Сам же всё не упомнишь, записать бы надо. А как? Или вот записать рецепт какой – мы это давно поняли, что записывать надо. Как Алтея погибла, так и поняли.
-А кто это?
-Алтея? – Миха вздохнул тяжко как-то, но головы не повернул, кажется, он не хотел, что бы спутник сейчас видел выражение его лица. – Она дочь врача пережившего войну была. Обучил он её всему, что сам знал. Говорят, его потом мертвяки утащили…, Алтею подземники съели. Старая она уже была тогда, а они за стену пробились, вот как сегодня. Всё что она знала, с ней князь и пропало. Мы остались без лекаря. Я тогда сопливый совсем был, видел как они её…
