-Да, ты прав. – Парень кивнул и добавил. – Прошу тебя, покажи свои ладони.
-Что? – Вот чего-чего он ни ждал сейчас, но что б некто непонятно из каких краёв, пришёл на его ладони глянуть? Незнакомец, в ответ на сей вопрос удивлённый, кивнул зачем-то, и показал ему свои ладони. Сначала тыльную сторону, потом внутреннюю, после чего опустил руки…, обе ладони густо усеяны мелкими шрамами, тонкими и узкими.
Совник проворчал что-то неразборчивое и повторил жесты незнакомца. Когда он закончил, тот разочарованно покачал головой и снова надел капюшон. Молчал он с минуту. Потом заговорил.
-Я услышал о тебе несколько дней назад. Твоя слава князь далеко идёт, широко шагает. Твой меч прославлен до самых Белых гор. – Совник важно кивнул, хотя и понятия не имел что за горы такие и как далеко они находятся. Слышал о них раньше, но ни разу не сподобился узнать о них подробнее, не видел в том особого смысла. К тому же, жители Речки, сами о них толком ничего не знали.
-О тебе многие слышали князь Совник. И многие знают о том, что ты утратил память. – Тут он издал хриплый смешок. Выражения лица разглядеть не удалось из-за капюшона, но ему, почему-то, показалось, что незнакомец сейчас криво ухмыляется. – Мы подумали, что ты мог быть тем, кто потерял спутника. Или тем, кто упал с небес.
-А? – Несколько ошалело сказал Совник, но парень не обратил внимания.
-Иногда, память покидает их. Они не могут вернуться, ибо не помнят, куда им нужно идти. – Он помолчал немного и продолжил. – Твоё имя ввело нас в заблуждение. Мы решили, что ты совник, хех…, а ты просто Совник.
-Не понимаю…
-Молодые совята часто злятся, с ними трудно совладать. А надевать перчатки нельзя – они должны привыкнуть к запаху своего спутника. Ведь вместе они идут в облака и вместе должны быть, пока один не умрёт. Нет совника, чьи руки не покрыты шрамами, такими, какие ты видел на моих ладонях. Нет совника, старше пятнадцати лет, чьи руки не покрыты шрамами…, ты не один из нас и теперь я спокоен. Прощай, пусть ветер не разозлит твоя дерзость, мир тебе князь Совник.
Он повернулся и побежал прочь, пружинисто отталкиваясь от земли и очень быстро двигая ногами. А Совник смотрел ему в след – он не принадлежит к этим людям и эти люди, совники, не миф…, резкий крик раздался в небесах, и огромная тень пронеслась над землёй. Незнакомец ловко взбежал на откос, тень камнем упала вниз. Кривые когти врезались в землю, блеснули огромные жёлтые глаза, щёлкнул страшный изогнутый клюв.
Гигантская птица сейчас села на откосе и её увидели со стены – такого монстра сложно не заметить…, в посёлке заревел рог, стража поднимает тревогу.
Совник судорожно сглотнул, а птица расправила громадные крылья, незнакомец шустро запрыгнул на её спину и мощным толчком ног, птица поднялась над землёй. Она сильно взмахнула крыльями, и её буквально подбросило вверх, и ещё взмах – она уже очень высоко. Совник задрал голову и, затаив дыхание смотрел за полётом удивительного, грозного и прекрасного чудовища.
Ему могло показаться, но незнакомец, вроде бы перегнулся через шею птицы и помахал ему рукой…, незнакомец. Он тот, кто носил имя «совник» по праву. Надо же..., они существуют и даже иногда заглядывают в эти места…
Когда он вернулся в селение, стража встречала его – бледная и насмерть перепуганная. Они тоже вдруг поняли, что совники не миф, а жестокая реальность этого мира.
А ведь легенды, что ходили об этих людях, далеко не всегда приятны на слух. На каждую чудесную сказку о совниках, приходилась одна, от которой кровь стыла в жилах.
Речка ещё неделю обсуждала это событие – как князь встречался с сородичами и как они его не признали, мол, сову он потерял, памяти нет, не нужен нам инвалид такой, н-да…
Народ раздул из этой встречи совсем не то, что произошло на самом деле. Совник не пытался вмешаться, подозревая, что слух, который вскоре пошёл по всем окрестным сёлам, от его вмешательства, измениться может так, что вообще не пойми что получится. Вот и молчал, как в рот воды набрав. И не особо следил за тем, как постепенно изменялась эта история и в каком виде она ушла за стены, в другие сёла.
Что интересно, его личный авторитет заметно вырос. Не совсем в ту сторону, в какую ему бы хотелось – во взглядах селян, возник мистический трепет и глубочайшее уважение. Первого он не хотел, а вот второму, росту уважительного отношения к себе, обрадовался. Даже Юра, глава стражей, перестал плеваться, его завидев, и ворчать неразборчивые ругательства за его спиной.
