Механик успел вытянуть руки и с безумным взглядом поместить кристалл на место. После чего бур зашёлся, заработали винтили и тот начал прорывать поверхность застывшего озера. Тут же запахло медью, как будто где-то просочилась из снегов свежая кровь. Бур всё увереннее прогрызался в толщу льда. Люмену и Аджехе пришлось резко отступать. Лёд под ногами исходил глубокими трещинами и грозил вот-вот развалится на части.
Оба одновременно кинулись назад. Один из пластов льда окончательно откололся и придавленный другими, с шумом налетел на ещё целый лёд, обдав всё кругом брызгами и снежной крошкой. Аджеха спрыгнул с его поднявшегося края. Под подошвой сапог он чувствовал увеличивающиеся разломы.
Мощность кристалла ещё слишком велика. Обороты слишком быстры и вот уже защитная плёнка сминается работающим буром и с треском утаскивается всё глубже и глубже.
Краем глаза Аджеха заметил как разгоняется Люмен и на какой-то сумасшедший миг подумал, что тот сейчас прыгнет в попытке достать до того места. Где хранится в буре кристалл. Но вот ещё глубже бур вталкивается в лёд. Крышка над кристаллом захлопнута и лёд кругом проламывается как от землетрясения.
Теперь им нужно бежать.
Аджеха готов был к тому, что придётся следить за легионером. Но тот оказался рядом, не запыхавшись и теперь смотрел впереди себя, как постепенно бур исчезает под поверхностью.
Механик на буре обхватил руками крышку, но когда бур набрал обороты, не смог удержаться и сброшенный вниз исчез, только и успев закричать. Аджеха различил выброшенную на чистый лёд кровь и как будто смог ощутить её запах. Где-то там вырванные вместе со скальпом валялись рыжие космы.
Контрабандисты воспользовались ситуацией. Кто-то попытался сбежать, вспышка огня среди ночной синевы слепила. Тут же запахло гарью. Криков не было.
Пытались сбежать и другие. Те, по ком стрелял Лукас, горящие кидались в воду, но не успевали выплыть. В какой-то момент Лукас понял, что ни один из тех, кто спрыгнул между разломами льда, не показывается над поверхностью и замер с оружием в руке.
Отколотые пласты льда продолжали сталкиваться. И вдруг всё затихло. Люмен всего раз глянул на разбегающихся контрабандистов. Их было слишком много, чтобы задержать всех. В то же время нечто тёмное ощущением давило на сознание. Что-то в глубинах озера. Не успел он повернуться и окликнуть Лукаса, чтобы тот бежал, как первая агора прорвалась наружу и зависнув в воздухе, тут же ринулась к ближайшей жертве.
Агора светилась переливами белого и пульсировала в дневной темноте. Лукас застыл наблюдая за её полётом с недоверием. И завороженной влюблённостью. Впервые ему довелось увидеть её.
Первая агора вырвалась слишком далеко от легионеров. Она успела в два счёта нагнать контрабандиста. Агора зависла над ним как раскалённый белый шар. Человек застыл с задранным перекошенным от ужаса лицом. Неестественной яркий свет резко выхватывал его из царившего кругом мрака. Как будто весь мир оцепенел кругом. Агора неподвижно сияла над землёй. Больше никто не убегал, даже легионеры стояли и смотрели, как та возвышается над контрабандистом. Время перестало существовать.
Судьба забыла о них.
Только одна единственная агора и человек, уже лишённый страха. Контрабандист больше не боялся, казалось, он забыл себя и только и мог что смотреть, не отрываясь на сияющий комок чужой сущности.
Не спеша, агора опустилась ниже. Она налетела на человека грубо и стремительно, охватив его призрачным голубоватым сиянием. Контрабандист схватился руками за живот. Потянулся выше и сжал пальцами ткань куртки на груди.
Аджеха наблюдал за ним как завороженный. Сам он ничего не помнил. Этот же человек переживал всё с кристальной ясностью. Он завидовал? Или испытывал желание оказаться рядом и самому войти в невидимый вихрь. Страж в белых одеждах был похож на ребёнка с широко раскрытыми глазами, впервые увидевшего сладость. И не подозревающего, что возможно получить разрешение прикоснуться к ней.
Смотрел и Люмен, на его лице жили только глаза. Лукас замер в стороне. Было слишком тихо.
Стражи ожидали приказа.
Тем временем атакованный агорой контрабандист продолжал ощупывать себя словно удивляясь, куда же могла подеваться людская сущность. И вот что-то изменилось. Человек дёрнулся, согнулся, упал на колени и вскинул голову. Открыл рот, но агора оставалась в нём. На тонком слое снега покрывавшем озеро, оставались следы от заранее обреченной борьбы. Сущность контрабандиста и его тело не принимали чужую суть.
Человек засыпал.
Под светом звёзд и мягким сиянием из-под льда он превратился в одинокую скрюченную фигуру. Его тело забилось в агонии и когда вдруг затихло, агора вырвалась наружу неистово ввинчиваясь в чёрное небо.
Тогда же новые агоры прорывали тонкую кромку льда, успевшую расползтись по нанесённым бурам ранам и устремлялись ввысь, чтобы тут же разлететься по небу. Всего миг люди стояли наблюдая за их полётом. Только когда кто-то крикнул, поднялась паника. Контрабандисты пытались скрыться от преследовавших их агор.