0,5 [litres] полностью

Нестандартные ситуации, когда требовалось по-настоящему включить мозги, возникали нечасто. А посему работа эта расслабляла: принятый полицейскими кладмен никого сдать не мог, особой проблемой не считался. Он просто стирался из базы, и тогда быстро приходилось искать ему замену, что тоже особых трудностей не вызывало: объявление в шапке или нанятые «граффитчики» быстро закрывали этот вопрос. В последнее время сложнее стало, конечно. Нехватка минеров наблюдалась всегда. Да такая, что кадровый аврал должны были решить настоящие менеджеры: искали желающего, получали за него тысячу рублей, после прохождения новобранцем стажировки – еще три. А если кладмен отрабатывал два месяца – хозяин отслюнявливал целых тридцать.

Вот если полицейские принимали склад (а такое было при Саше всего два раза), тогда заминки выходили, и в срочном порядке нужно было везти новую партию, повышая в должности ответственного и не совершавшего ошибок курьера, разумеется докладывая обо всем начальнику. Либо же выкупить опт у конкурентного магазина. Дороже выходит, но прибыль для предприятия все равно остается огромной.

Все эти проблемы приходилось решать ему – он был старшим на вверенной территории, приглядывал за своими сменщиками, которые не переставали высасывать Сашин мозг своей неуемностью, а иногда и откровенной глупостью.

Поначалу магазин нередко пытались кинуть с товаром, но, посовещавшись всем коллективом, группа пришла к общему выводу – бить. Обмануть пытались, как правило, личности подозрительные, денег на залог у которых не водилось, поэтому при устройстве они любезно делились приватными паспортными данными и выстегнуть их особого труда не составляло. За двадцать тысяч рублей два-три здоровых быка быстро находили нужного бедолагу в черте города, фиксируя на камеру избиение и предшествующий этому разговор, либо развешивали по всему городу объявления с распечатанной фотографией гражданина и копией его документа. Фантазии на разного рода наказания – хоть отбавляй, любой каприз за ваши деревянные. Желающих безвестно сгинуть, прихватив чужое, после нескольких подобных актов резко поубавилось, но нет-нет да и палке случается выстрелить, приходится показательно повторять карательную процедуру. Профилактика – лучше любого лечения.

Саша позавтракал яичницей с беконом и оделся, чтобы добежать до магазина. Дождь. Сраный. До начала смены последний час отщелкивал минуты – нужно купить сигарет и чего-нибудь перекусить. Холостяцкий холодильник почти всегда был пуст.

Смены эти, откровенно говоря, сводились к просмотру фильмов, лежа на диване, с раскрытым ноутбуком под боком. Каждые пять-десять минут кто-нибудь писал сообщение, и тогда, переключаясь между окнами, Саша находил готовые адреса в запрашиваемом городе и делился тайником, дождавшись оплаты. Иногда можно было на часик потеряться, а потом разом ответить на кипу писем. Не возбранялось. Бесило просто, когда какой-нибудь нетерпеливый нарк строчит сотню сообщений на панике – все лишь бы получить дозу скорей.

Вернувшись, он включил компьютер и запустил необходимый софт.

Поначалу испытывал сильную паранойю: привычка оглядываться появилась во времена работы кладменом и растворилась только спустя полгода нахождения в новой должности. Домашняя обстановка успокаивает. Да и по характеру дядька он тихий и спокойный. Занудные авторские фильмы вон с торрента качает: Гец Шпильман и Фолькер Шлендорф.

В случае неожиданного стука в дверь людей в серой форме или космических шлемах следовало вырвать из ноутбука SSD-диск, который предусмотрительно не имел твердой фиксации с корпусом, и затолкать его в специальное устройство, похожее на блендер, которое одним нажатием кнопки превратило бы его в миллион обломков. Это уж Саня придумал сам. Ни на телефоне, ни на стационарном пэка не имелось никаких данных о его деятельности – только рабочий ноутбук.

Заработанное Саша хранил в криптовалюте, тоже пропуская ее через «блендер» – сервис, который за процент разбивал твою крупную сумму на сотни копеечных, – и высыпал на твой счет уже чистые, не запачканные веществами сатошики. Как человек, следящий за современными тенденциями, Саша понимал, что не прогорит. Даже несколько приумножал свой капитал, изредка приторговывая. Саша знал, как это работает. Саша мыслил рационально, но лишь по той причине, что никаких поводов для необдуманной импульсивности не имелось: никто не любил его, не ждал с ним свиданий и встреч. Он мог позволить себе много и долго думать, позволить быть некрасиво бородатым, а не просто суточную помятость лица, дозволял себе легкий бардак в квартире, который постоянно наводил кот, любящий растаскивать опилки из лотка по всему жилищу.

Все остальное, включая пачку наличных, безналичный пластик, заведенный на дропов, пару сим-карт и, что неожиданно для самого себя, пистолет, он спрятал в надежном тайнике, в десятке километров от города. На случай, если придется отступать. На случай, если в стране что-то в целом пойдет не так.