- Точно! – Хичоль кокетливо рассмеялся, приобретя некоторое сходство с певцом. – Старость – не радость, вечно что-нибудь важное из головы вылетает! – Он развел руками, как бы признавая свою незначительную ошибку. – Ах, Минни, не плачь. Сейчас полетишь в Сеул, убьешь четверых певцов, в том числе парня со своим лицом… От нас, опять же, отдохнешь. Мы с Хангеном прибудем чуть позже, я еще день-другой побуду здесь с сыновьями. А твои новые товарищи… Пускай остаются на месте. Если я правильно понял, все эти персонажи – бесполезные идиоты… Но избавляться от них необходимости нет, можно просто отдать этому наркоторговцу, дону Эстебану. Только надо сделать так, чтобы они не вздумали преследовать тебя и мстить за гермафродита. Может быть, я сам с ними поговорю? К кому лучше обращаться, кто там поадекватнее других?
- Чон Юно, оборотень, – прошептал Чанмин, который с великим трудом заставлял себя осмысливать слова господина. – Скажете ему, что теперь он главный в этой дурной компашке – сразу начнет вас уважать…
- Оборотень, – задумчиво произнес Хичоль. – Ну кто такое придумывает, это же не сексуально…
Джеджуна увидела на обочине мексиканская семья, державшая путь в другой город; отец остановил автомобиль, проверил пульс у брошенного омеги и вызвал «скорую». Кроме того, он позвонил на последний набранный Джеджуном номер. Ответил Кюхён, только что покинувший родную иллюзию, но переводить пришлось Юно; известие о том, что омега почему-то ранен и лежит прямо на дороге, заставило всю разгулявшуюся компанию покинуть салон Аделиты и устремиться в больницу, так и не посетив мир войны инопланетян с землянами. К тому моменту, как прибыли остальные, Джеджун уже пришел в себя. Серьезных травм у него не оказалось, были только синяки, ссадины и легкое сотрясение мозга, однако рассказывать, что произошло, он отказывался и в ответ на все вопросы лишь безутешно плакал. Впрочем, и так было ясно, что исчезновение Шим Чанмина напрямую связано с нанесенными омеге повреждениями. Лишь когда Юно пообещал найти «кровососа» по запаху и перегрызть ему глотку, Джеджун признался, что Чанмина забрал господин и он уже на пути в Корею. Омега не знал, какие дела у вампира в этой стране, и просил лишь об одном: ни во что не вмешиваться.
- Да и не наше дело, – сказал Джунсу, сидя у постели Джеджуна и поглаживая его руку. Вылечить омегу он не смог – после мыслей о суициде и нездорового эмоционального подъема сконцентрироваться на этом не получалось. – Пусть катится этот Чанмин на все четыре стороны, вместе со своими господином и слугой, которые выглядят, как братья-близнецы. Тебе лучше без него будет, поверь.
- Выходит, Хичоль просто взял и сбежал, даже ничего не сказав об этом мне? – Герцог, как обычно, думал в большей степени о себе. Когда Джеджун сообщил, что господин Чанмина не знал о его слуге, оборотень сделал вывод, что айдол решил прятаться там, где его сложнее всего было в чем-то заподозрить – то есть прямо на сцене, с группой Super Junior. Это задело его самолюбие. – Скатертью дорожка. Не очень-то и нужно его снисхождение. Подумаешь, настоящий!
- Надеюсь, он не в опасности, – взволнованно прошептал Кюхён. – Я буду возносить молитвы о том, чтобы ему не причинили вреда…
- А сунется сюда этот Мин – пиздюлей огребет, – твердо сказал Ючон. – Додуматься надо – девку из машины выкинуть!
- Он не мог ослушаться, – тихо произнес Джеджун. Из-под его опущенных ресниц продолжали катиться слезы.
- Да мне как-то насрать, – ответил майор.
- Лучшее решение – просто жить дальше, – заметил Юно, отвернувшись к окну и скрестив руки на груди. – Нам нужно взять себя в руки и идти вперед. Мы все еще работаем на дона Эстебана. У нас есть деньги и связи в высших слоях криминального мира Латинской Америки. Нас совершенно не должно заботить то, что происходит у предателя Чанмина… и у тех артистов, чьи образы породили нас.
- На айдолов тоже плюнуть? – расстроился Джунсу.
- Именно так, – сурово ответил Юно. – Неужели ты в самом деле решил, что певец с лицом нашего солдата заинтересуется тобой? Ты ненастоящий. Хичоль покинул нас, как только возникла опасность, решил вернуться в свою реальную жизнь. А ведь он уже вампир и частично вошел в вымышленный мир, в отличие от «наших» певцов. Им с нами делать совсем нечего.
- Так хоть фотки-то им скинем? – не отставал Джунсу. – Классные вышли…
- Кюхёну, – предложил монах. – У меня есть номер его телефона, и он знает о таких, как мы. Может быть, это повеселит его, ведь большинство фотографий и правда смешные.
====== Глава 26 ======
- Привет, Джунсу хён, – вкрадчиво произнес Кюхён, подбираясь к коллеге из-за спины. Только что закончился мюзикл, и, кроме Джунсу, в гримерной была еще девушка-стилист; в общем, беды ничто не предвещало.
- Привет, привет. – Джунсу пожал чужому макнэ руку. – Как поживаешь? Готовишься к выпуску нового альбома? И, кстати, не выяснил, когда Хичоль вернется? Я беспокоюсь о нем. И не я один, он все-таки болеет. А что ты тут делаешь?
