- Хотел бы показать на пальцах рук, но их всего десять, – ответил Юно. – Мой рекорд – восемнадцать. И это не за целую ночь, прошу заметить, а всего за три часа.
- Пиздец, дамы и господа, – заключил Джунсу. – А размер посмотреть можно?
- Пожалуйста, – разрешил Юно.
Художник стал проворно расстегивать его брюки.
- Су, хорош! – возмутился Ючон. Безрезультатно.
- Охренеть! – описал это «безобразие» Джунсу. – Хичоля разорвать должно было, как хомячка от капли никотина! Ну, либо он такая шлюха, что ему уже ничего не страшно.
- Он всегда кричит вначале, – самодовольно заметил Юно. – В первый раз – даже до слез. Я думал, от удовольствия. Оказывается, такие размеры в реальности не распространены.
- Надо сделать замер, – решил Джунсу, вылезая из кровати. – Юно, ты пока подрочи, а я за линейкой сгоняю.
- Су, хватит! – рявкнул майор.
- Продолжайте без меня, – попросил побледневший Кюхён, покидая комнату. Он позвонил Хичолю, чтобы узнать, где тот находится. Артист сказал, что у него появились неотложные дела в агентстве, и умолял не беспокоиться. Он певец, а скоро новый альбом выходит. Надо же записать свои партии…
Кейко открыла дверь лишь после седьмого звонка. К счастью, она жила все там же, где и прежде, хотя номер телефона давно сменила и отвечать не могла. Где-то далеко за ее спиной маячил толстый кореец в очках, а звуковое сопровождение создавал плачущий ребенок.
- Мне нужна твоя помощь, – сказал Хичоль, вытаскивая девушку в коридор. Мужчина что-то закричал, но айдол, потянув за ручку, захлопнул дверь и потащил девушку дальше по коридору.
- Я этим больше не занимаюсь, – испуганно произнесла Кейко. – У меня семья, сыну полгодика… Не надо втягивать меня обратно в эту гадость! И тебе не надо туда возвращаться!
Хичоль, зная, какой эффект это производит, обнажил клыки вампира и провел ими, не царапая, по руке проводницы. Кейко затряслась и прижалась к стене, часто дыша.
- Я уже вернулся, – шепотом сообщил Хичоль. – Их реально оживить. И теперь я не часть этого мира. Мне нужна твоя помощь. Всего один раз… надеюсь.
Муж Кейко открыл дверь и выглянул в коридор; девушка жестом показала ему, что все в порядке, и он, помедлив, скрылся.
- Но ведь я могу материализовывать только мертвых, – сказала Кейко после недолгой паузы. – Ты же помнишь. Я после этого и завязала.
- Мне подходят ваши условия! – радостно щелкнул пальцами Хичоль. – Не поверишь, милочка, я стал некрофилом. Хочу четыре трупа! И предварительно сам их убью. В иллюзии.
- Здравствуйте, Аделита! – громко произнес Джунсу, явившись в салон проводницы. – А я тут привел своих товарищей. Очень уж хочется показать им мир Джеджуна. Особенно – вот ему. – Он указал на Ючона, который стоял за его спиной и с интересом рассматривал помещение.
- Ничего себе, – пробормотала Аделита. – Это же тот беременный…
- Опять, – обреченно произнес майор.
- Устраивайтесь поудобнее, – попросила проводница. – Ох, если бы я знала, что однажды встречу целую компанию таких, как вы…
- Ты меня простил? – спросил Ючон-омега, неловко обнимая своего начальника и возлюбленного (немного мешал живот).
- Постепенно прощаю, – признался Джунсу. – А этот Чанмин – не такая сволочь, как мы думали. Он способен на сильные чувства. Может быть, он и развратник, но у него доброе сердце. Мы с тобой и сами не ангелы, правда?
Вдруг послышались громкие возгласы не самого цензурного содержания. Влюбленные оторвались друг от друга и посмотрели на тех, кто вошел в кафе и приблизился к их столику.
Оба, как минимум, испытали шок. Шутка ли: они сами, подлец Юно с другой прической и секретарь в скромном наряде…
- Кто вы? – испуганно закричал омега Ючон, хватая за руку Джунсу.
- Да так, поссать зашли, – ответил майор, глядя в сторону. – На улице общественных туалетов не нашли.
- Смотри, смотри, – потребовал Джунсу, шлепая его по затылку для убедительности. – Ты – беременный!
- Да не я это, Су, – грустно заметил майор. – Ну, точно так же, как я – не тот певец. Или актер. Или кто уж он там, хер его разберет.
- Какая прелесть, – сказал Юно, пощекотав шею менеджера по персоналу. Джунсу-омега треснул его по руке. – Бу-бу-бу, какие мы злые.
- Анахронизм, – констатировал художник. – В восемнадцатом веке вряд ли так говорили. Дешевое подражание историческим романам.
- Я сейчас живу в двадцать первом веке! – обиделся герцог.
- Пошли отсюда, насмотрелся я, – попросил Ючон, разворачиваясь к двери.
- Удачных родов, красавчик! – подмигнул Джунсу. – Директор Ким, не обижайте эту лапочку. Я своего такого же обидел – и теперь расплачиваюсь за это: ко мне привязался вон тот лось.
- Бред какой-то, – пробормотал Джунсу-омега, когда странные гости ушли из кафе. – Ючон, милый, у тебя нет близнеца-альфы?
- Нет, а у тебя?
- И у меня нет… Так кто это был?
- Не знаю, но после того, как Джеджун сообщил о своем намерении пойти замуж за омегу-наркомана, я уже ничему не удивляюсь…
- А жаль, что его нельзя оживить, – задумчиво признес Джунсу, как только странный квартет очнулся в салоне Аделиты. – У тебя появилась бы сестричка, майор. Малыша можно было бы считать твоим племянником!
