- Блин, а я чуть от страха не умер! – Хичоль начал перевязывать рану, которая все еще кровоточила. Ее, безусловно, надо было зашивать, но обращаться в больницу запретил Ханген. – Зато теперь ты вне подозрений. Надеюсь, в твоем фанфике эта способность не упоминается?
- Нет, автор в новом варианте лишила меня половины всех знаний и умений, чтобы выставить моего ученика в более выгодном свете.
Кюхён поблагодарил Хичоля и решил взять из шкафа чистую одежду. Прежде, чем он сумел встать с кровати, певец осторожно обнял его и уткнулся носом в его шею.
- Кю, ты только не злись, – прошептал он, медленно перемещая одну ладонь на грудь монаха. – Я тебя сейчас очень хочу…
- Тебе так только кажется, из-за моей крови, которую ты выпил, – размеренным тоном объяснил Кюхён.
- Может, и от крови, но не кажется. – Хичоль хрипло посмеялся. – Сам посмотри.
Он, действуя будто в трансе, взял монаха за руку и положил ее на свой быстро напрягающийся член, который под длинным свитером, брюками и нижним бельем все же нетрудно было ощутить. Кюхён отдернулся так резко, что слетел с кровати, не удержался на ногах и плюхнулся на пол.
- Нам нельзя! – напомнил монах, приподнимаясь на локтях.
- Ты не знаешь наверняка. – На Хичоля кровь и правда подействовала, словно наркотик: он тоже слез с кровати, встал на колени и занял недвусмысленную позицию прямо над Кюхёном. – Давай попробуем.
- Ни в коем случае. Я не намерен так рисковать из-за того, что ты не можешь сдерживаться и расстроен из-за разрыва с нашим врагом.
- Или просто кто-то боится… – Хичоль откинул челку со лба монаха и пропустил пряди его волос между своими пальцами, ощущая странно будоражащую власть над простым смертным. – Ничего не знаешь и струсил. Но я же научу.
- Я не буду этого делать. – Лицо Кюхёна все еще не выражало ничего примечательного, кроме усталости.
- Понимаю: сил нет, ранен… – Повязка начала пропитываться кровью, и Хичоль, совсем одуревший от запаха, стал выписывать пальцами какие-то волнистые линии на груди и животе монаха, все ближе подбираясь к пряжке ремня на джинсах. – Сначала я могу быть сверху, если хочешь. Посмотришь, как надо…
- Нельзя. Нельзя. – Кюхён уже говорил, как со щенком, который напрудил в углу – оставалось только носом ткнуть, только непонятно было, во что. Явно ведь не в то, на что он нацелился!
- Я тебя не привлекаю, да? – Хичоль решительно стянул свитер через голову и затем опустился ниже, позволяя своему голому торсу прикоснуться к чужому. Он стал шептать Кюхёну на ухо: – Может, у тебя там какая-то чисто христианская любовь, и мое тело тебе до лампочки?
Кюхён не хотел этого делать, но пришлось: он поднял одну руку, положил ее на спину Хичоля – и через секунду тот, взвизгнув, откатился в сторону, ударенный током. Монах сел перед ним на колени и стал, со строгим выражением лица, шлепать его пальцем по носу.
- Нельзя сейчас. Нельзя. Я люблю тебя, мне нравится твое тело, которое ты основательно опорочил, и меня действительно тянет хотя бы поцеловать тебя. Но я не могу, глупый. Потом.
Проведя эту воспитательную беседу, монах залез на кровать и лег на правый бок, чтобы не задевать раненое плечо.
- Вот же я влип, – прорычал Хичоль, нехотя ложась рядом с ним. Кюхён, не открывая глаз, взял его за руку, переплетая их пальцы. – Да пипец, романтика какая…
И все же через несколько минут он уже улыбался, глядя на быстро уснувшего монаха. Когда в последний раз кто-то спал с ним, счастливый просто от того, что держит его за руку?..
Когда Чанмин вернулся, все в общежитии уже заняли исходные позиции: майор с герцогом делали вид, что беззаботно общаются на кухне, Джунсу прикидывался спящим на диване, а настоящий Джеджун лежал в спальне, держа одну руку под подушкой, где пряталось грозное оружие под названием «сковорода».
- Вы чего не спите? – поинтересовался вампир, заглянув на кухню. – Завтра же концерт.
- А мне тут новое предложение по сериалу прислали, вот обсуждаем, – ответил Ючон, указав на свой планшет.
- И что же это за сериал? – Чанмин улыбнулся. Он точно не собирался никого жестоко убивать, и Юно быстро написал своему двойнику: «Опасность миновала, монах обманул его.»
- Да про любовь че-то, – сказал майор, не придумавший ни названия, ни содержания. – Ну, комедия. С соплежуйством.
- Надоело драться и стрелять? – Чанмин подошел к нему и погладил по голове. Ючон в недоумении посмотрел на него. – Надеюсь, что нет. У тебя это слишком хорошо получается.
- Спасибо, – озадаченно пробормотал майор.
- Чанмини, солнышко ты наше, иди спать, – неправдоподобно милым голосом посоветовал Юно. – Вы с Кюхёном наверняка выпили, тебе до утра нужно прийти в себя.
- Только после вас, хёны. А то, знаете ли, если будете завтра со сцены падать – это тоже не слишком хорошо.
Чанмин ушел с кухни и, проходя мимо Джунсу, ласково щелкнул его по затылку. Майор и герцог переглянулись.
- Не въехал, – шепотом сказал Ючон. – Он че какой довольный? Реально ужрался в хламину?
