- Вот ты все время думаешь, Дже, думаешь, – раздраженно сказал он, – но сдается мне, у майора мысли и то умнее получаются, потому что у него они по прямой идут, а твои жуткие зигзаги выписывают! Да, я боялся увидеть смерть своих детей, но если бы узнал о том, что ты уже беременный, – неужели бросил бы или отправил делать аборт?
Джеджун молчал, уставившись на свои колени. По его мнению, сейчас было не самое подходящее время для разговоров о причинах скрытности. А вот Чанмин, похоже, ни о чем не беспокоился: накричал на молодого вампира, решил подождать господина – и теперь мог посвятить себя выяснению отношений, что из-за голода выходило у него довольно резко и грубо.
- Я для тебя кто, Дже, – донор спермы, что ли? – поинтересовался Чанмин. – Получил генетический материал – теперь, дорогой, можешь катиться на все четыре стороны? Ты вообще не видел меня в роли отца своего ребенка, да? Потрахаться – нормально, а подгузники менять – хрен тебе, «шестерка» убогая? Вот чего майор вокруг тебя вертелся! Вы с ним давно договорились, что вместе МОЕГО сына воспитывать будете!
Чанмин не знал, почему пришел в такую ярость. Еще несколько минут назад он и сам не мог до конца осознать свое скорое отцовство, а теперь сходил с ума из-за того, что его собирались оставить в стороне.
- Майор хотел помочь, если ты откажешься от ребенка, – тихо возразил омега.
- Какой же тварью вы все меня считаете, – усмехнулся Чанмин.
- Нет, – покачал головой Джеджун. – Все из-за моего жанра. На твоем месте я сам сбежал бы, узнав, что от меня парень забеременел.
- Чушь, – отрезал Чанмин. – И ты ведь в свой день рождения уже знал, что ждешь ребенка, да? Но заставил меня уйти одного. Какая беременная женщина в здравом уме отпустит своего парня, который ее любит, из-за эфемерного разделения на «добро» и «зло»?
- Твой господин уже заставлял тебя выкинуть меня из машины, не идеализируй его! – потребовал Джеджун. – Тебе нельзя находиться с ним рядом, ты привязываешься к нему и перестаешь понимать, какой он плохой!
Чанмин не нашелся с ответом. Приступ ярости, вызванный, безусловно, голодом, прошел. Омега был прав – избегая его, он оберегал их малыша.
- Прости, мне просто плохо, – глухо произнес Чанмин, отводя взгляд.
- Знаю, – обреченно сказал омега.
За спиной Чанмина прозвучало заклинание – он не успел отреагировать и рухнул на ковер, в полном сознании, но не способный пошевелиться. Из кухни вышли профессор и Донхэ, последний – с пугающе довольной улыбкой на губах. Джеджун поднялся с дивана и попятился, сам не зная, куда и зачем.
- От него – все равно никакого толку, если он не собирается пить твою кровь, – сказал молодой вампир, взглядом указывая на отцовского слугу. – Пусть отдохнет, пока голод не усилится. А ты – иди сюда, будь хорошей девочкой. – Донхэ жестом поманил омегу к себе.
Джеджун продолжил делать шаги назад, не сводя испуганного взгляда с вампирского «принца». Мало ли, что он придумал, пока был на кухне. Может, попросил у волшебника наколдовать ему влечение к беременным омегам.
- Он даже двинуться не может, я его пристрелю, – сладко улыбаясь, предупредил Донхэ и направил на Чанмина извлеченный из-под кардигана пистолет, который держал весьма по-дилетантски. – Делай все, что говорю.
- Не выстрелишь, твой отец разозлится! – с вызовом ответил омега, сжав руки в кулаки.
- Храбрая девчонка, – заметил профессор, снова занимая зрительское место в кресле с чехлом. – Я бы определил ее в Гриффиндор.
- А папа ничего мне не сделает, когда я расскажу ему удивительные тайны, что мне поведала твоя кровь, – сказал Донхэ. – Даже если размажу мозги его любимого слуги по стене. Монах сумел создать амулет, аналогичный папиному… У этой мрази есть еще один слуга – трансвестит из Super Junior… За такие сведения мне полагается награда от папочки. Творить все, что я захочу.
Джеджуну стало по-настоящему страшно, причем за всех сразу: себя, ребенка и Чанмина на мушке.
- Этот монах?.. – Профессор недобро ухмыльнулся. – Значит, я ошибался, считая его ничтожеством. Он мог бы быть моим учеником…
Донхэ засмеялся, повернувшись к нему.
- Вообще охеренный кроссовер! «Мистер Чо, прекратите вместо заклинаний читать молитвы, иначе я отниму у вашего факультета сто баллов сразу!»
В голове Джеджуна что-то перемкнуло. ЫнХэ ведь были бестолковыми комическими персонажами, нужными для трех целей: ругаться из-за главной героини, помогать Хичолю демонстрировать свою положительную ипостась любящего отца и совершать глупые поступки в минуту опасности! Увидев, что Донхэ смотрит в другую сторону и опустил пистолет, омега бросился к нему и воспользовался маникюром айдола – вцепился ногтями, покрытыми бледнейшим перламутровым лаком, в руку вампира. Донхэ вскрикнул и разжал пальцы, а Джеджун немедленно завладел оружием, резво отскакивая назад. Майор проводил краткий инструктаж, заставив всех товарищей и даже Super Junior кое-как освоить основы рукопашного боя и стрельбу из пистолета, поэтому омега знал, что оружие уже снято с предохранителя, и помнил, как нужно целиться.
