Хичоль даже засмеялся, глядя на этого слабого беременного омежку, отчаянно делающего вид, что он – опасный противник.
- Хорошая киса, не царапайся, – издевательски-ласково попросил вампир, снова потянувшись к Джеджуну и погладив его по плечу. – А то кисе обстригут все коготочки.
- Это у вас, Хичолей, видовая особенность, – ощетинился Джеджун, все еще пытаясь уменьшиться в размерах и вжаться в угол кровати. – Над кошками издеваетесь.
Вампир, явно ставший довольным за время обморока омеги, ткнул его указательным пальцем в нос, поднялся со стула, обошел кровать и сел на нее у ног пленника. Джеджун тут же согнул колени, чтобы каждой клеточкой тела находиться подальше от убийцы.
- Не бойся, бестолковая ты девочка, – вздохнул Хичоль. – Я же обещал, что не трону ни ребенка, ни тебя, пока ты не родишь. А с тобой, смотрю, надо быть очень осторожным. Омежки в неволе плохо размножаются – сознание теряют, например, от переживаний.
- Вы чудовище. – Джеджун натянул одеяло до самого подбородка, словно пряча таким образом еще не рожденного малыша. – Что вам нужно от моего сына?
Хичоль приложил руку к груди и закрыл глаза, как бы сообщая, что сознается в некой слабости.
- Честно говоря, хочу создать династию своих слуг, – сказал он. – Эксперимент. Предательские гены отца плюс исключительная добропорядочность матери – что из этого выйдет? Чудо-гибрид…
- Мой сын вам не достанется! – крикнул Джеджун, сжимая кулаки и даже переставая держать одеяло, как щит.
- Ну, так убей его, – развел руками Хичоль. – В этой палате есть скальпели и препараты, которые в больших дозах окажутся смертельными для ребенка. А можешь, кстати, прикончить вас обоих. – Вампир с милой улыбкой провел указательным пальцем по своей шее. – Тут будет некая изощренная красота в японском стиле. Прекрасная пленница, у которой хотят отнять будущего младенца, совершает самоубийство, чтобы спасти его от участи слуги злодея, а себя – от бесчестия матери, загубившей собственное чадо. Валяй. – Хичоль жестом обвел всю мебель в палате. – Тут орудий – на любой вкус.
Джеджун прикусил губу и опустил взгляд, пылающий бессильным гневом.
- Хотя бы сообщите Чанмину, что мы живы и нам ничего не угрожает, – попросил он тихо.
- Когда сочту нужным. – Вампир взял с тумбочки у изголовья кровати пульт и включил телевизор, висевший на стене. – CNN сойдет? Или тебе русскоязычный информационный канал найти? – Джеджун не ответил и даже на экран не взглянул. – Нет уж, посмотри, чем я занимался, пока ты отдыхал. Думаю, тебе будет интересно. Потому что я знаю как минимум одну парочку кретинов, не способных сидеть сложа руки в подобных ситуациях. Один, видите ли, не терпит попрания устоявшихся общественных законов, для второго каждый узурпатор мировой власти – живая мишень… – Джеджун встрепенулся и поднял голову. – Ну, пока. Отдыхай, красавица.
Хичоль вышел за дверь, а омега с замиранием сердца стал ожидать сюжета, который должен был так сильно его заинтересовать. И через двадцать минут репортер все-таки поведал о сенсации, больше похожей на первоапрельский розыгрыш или привет из психушки. Всемирный Совет Вампиров во главе с каким-то американским сенатором, время на размышление, буря в Вашингтоне для демонстрации силы… Да, конечно. Тут и думать было нечего. Как только Совет начнет доказывать то, что не является плодом воображения спятившего конгрессмена, в дело вступят «Чип и Дейл». Юно в принципе не умел оставаться в стороне от чего бы то ни было, а Ючон реагировал на оккупацию, как бык на красную тряпку. Так что эти двое безбашенных борцов за справедливость и свободу наверняка собирались объявить Хичолю войну. Возможно, взяв с собой Чанмина.
Джеджун впервые пожелал, чтобы герцог и майор единогласно отказалась от работы в команде с патологическим предателем.
