Не сложились у Линнея и отношения с Филиппом Миллером, знаменитым садоводом, смотрителем аптекарского сада в Челси. Тут, видимо, причиной стал языковой барьер. Линней не знал языков, и говорить пришлось по-латыни. После первого разговора Миллер сказал кому-то: «Этот ботаник Клиффорта не знает ни одного растения». Линней услышал это. Когда Миллер стал снова называть различные растения, пользуясь сложной и громоздкой номенклатурой того времени, Линней сказал: «Не называйте эти растения так, у нас есть более короткие и верные названия; нужно говорить так и так». Миллер рассердился, но на следующий день его раздражение прошло и он предоставил шведу все растения, которыми тот собирался пополнить коллекцию Клиффорта.
Кроме того, Линней совершил поездку в Оксфорд, где встретился с ученым Диллениусом. В свое время Диллениус ознакомился с информацией о лапландском путешествии Линнея и она его очень заинтересовала. Позже Гроновиус отправил Диллениусу новую рукопись Линнея, в которой английский ученый сделал много исправлений, касающихся тех родов, которые он в свое время описал. При личной встрече и на примере живых растений молодой ученый убедил Диллениуса в своей правоте. Англичанин был настолько потрясен Линнеем и тем, что на практике его правота блестяще подтвердилась, что стал уговаривать Карла хотя бы на время остаться в Англии. К сожалению, Линней должен был вернуться к своим обязанностям у Клиффорта и не смог принять предложение Диллениуса. Но зато он нашел первых сторонников своей системы в консервативной Англии.
Постоянно занимаясь коллекцией Клиффорта, Линней не забывал о научной деятельности и завязал довольно оживленную переписку со своими иностранными коллегами. Осенью 1736 года он получил информацию о том, что его избрали членом Саксонского научного общества. Это было первое официальное признание научных заслуг нашего героя. Удивительно, но у Линнея хватало времени и для работы над научными трудами. За два года жизни в Гартекампе он издал немало работ. Одна из них, «Клиффортовский сад», содержала подробнейшее описание коллекции Клиффорта. Книга вышла в роскошном издании, содержала 502 страницы и 37 гравюр. Сам Линней, который вполне осознавал, чего он стоит как ученый, и не стеснялся об этом упоминать, позже писал, что он написал книгу за три четверти года, тогда как другому ученому понадобилось бы десять лет.
Большой интерес представляет фронтиспис[63] этой книги. На нем изображен ребенок, который держит в руках термометр. Этот термометр имеет шкалу, которая называется сейчас шкалой Цельзия (Цельсия). Только в 1935 году исследователи, заинтересовавшись этим рисунком, убедительно доказали, что шкалу Цельсия на самом деле первым создал Линней. Книга «Клиффортовский сад» была издана в 1737 году, а Андреас Цельзий придумал свою шкалу в 1742 году, причем ноль в шкале Цельзия был расположен в точке кипения воды.
Точных объяснений тому, почему эта шкала получила название не в честь ее изобретателя, нет. Первоначально она носила название «шведская». Но предполагается, что на термометрах с такой шкалой ставили букву «С», от слова «centigrade» — стоградусный. Потом же этот символ стали ошибочно объяснять, как первую букву в фамилии изобретателя, ведь было известно, что Цельзий предлагал свой способ измерения температуры.
Этот благополучный период в жизни Линнея был омрачен трагедией, произошедшей с его самым близким другом. Еще в Лейдене Карл встретил Петра Артеди, который прибыл в Голландию с той же целью, что и наш герой, — получить научную степень. Надо сказать, что Артеди находился в еще худшем положении, чем Линней, который уже имел некоторые научные связи. Карл представил своего друга богатому аптекарю Альбрехту Себа, который обладал крупной естественно-научной коллекцией и большое внимание уделял рыбам. Себа предложил Артеди заняться разбором и систематизацией его коллекции. Молодой ихтиолог с воодушевлением принялся за работу. Но трагическая случайность прервала его деятельность. 27 сентября 1736 года, возвращаясь поздно ночью домой по малознакомым улицам Амстердама, Артеди упал в канал и утонул.
