Они подробно рассказали о своем замысле и его исполнении. Известие, что это убийство совершили не отпетые гангстеры, а два воспитанных, лучших студента, представители богатого сословия, вызвало бурю негодования в Чикаго. Перед зданием суда собирались толпы народа. Все требовали электрического стула для обоих. Ни один адвокат не хотел защищать обвиняемых. Только через некоторое время и за немалое вознаграждение их согласился защищать известный адвокат Кларенс Дерроу. Он прекрасно понимал, что обоим грозит смертная казнь. Необходимо было вывести их из-под суда присяжных. И это ему удалось. В своей речи он просил обратить внимание судей на обучение обоих в университете, на увлечение ницшеанскими идеями о «сверхчеловеке», которые сгубили молодые души подающих надежды людей. Его защита произвела впечатление. За убийство обоих приговорили к пожизненному заключению, а за похищение добавили еще 99 лет…
Ричард Лёб погиб в тюрьме, в 1936 году его зарезал сокамерник, который утверждал, что Лёб пытался его изнасиловать. Сокамерника оправдали. Натан Леопольд отсидел 34 года. За примерное поведение его выпустили досрочно. Это был разбитый, больной человек 53 лет. В США он не остался и уехал в Пуэрто-Рико, где работал в одной лаборатории церковного прихода. Скончался он от сердечной недостаточности в 1971 году.
Это необычное ограбление, совершенное в 1928 году в самом центре Москвы, на углу Большой Дмитровки (в 1920-х годах она называлась улица Эжена Потье, автора Интернационала) и Столешникова переулка, вызвало в обществе различные толки. Высказывали даже сочувствие грабителям. Еще бы, налет организовал не простой уголовник, а интеллигентный человек, которого и преступником назвать язык не поворачивался. Тем не менее, деяние, которое он совершил, на языке юристов называлось – организация банды, совершившей ограбление с использованием подручных средств.
В последние годы НЭПа в столице заметно улучшились условия жизни. В магазинах и лавках появились разнообразные продукты, предлагались дорогие изделия. Но цены на товары роскоши были порой головокружительные. Меховой магазин на углу Большой Дмитровки и Столешникового переулка всегда считался респектабельным, он относился к числу крупнейших в составе Госторга. За его витринами красовались меха модной черно-бурой лисицы, голубой норки, соболя. Каждая – несколько тысяч рублей. В нем отоваривались именитые артисты Большого театра, жены известных писателей, разных партийных функционеров.
Сын бывшего начальника Московской сыскной полиции Станислав Швабе, потерявший после революции все нажитое, никаких денег не имел. Он иногда задерживался у витрины мехового магазина, понимал, что за стеклом выставлено настоящее богатство, овладев которым он мог бы безбедно прожить вполне приличное время. Но как вынести меха? Разве разбить витрину? По вечерам возле магазина прохаживался сторож, недалеко находилась будка, в которой дежурил милиционер. Сама мысль об ограблении казалась абсурдной. И все же… А если вечером спрятаться среди вывешенных меховых изделий и остаться в магазине на ночь? Идея показалась ему стоящей. Но со временем, изучив все выходы и узнав расписание прихода сотрудников, решил, что лучше и надежнее действовать по-другому…
Пришедшие в понедельник на работу служащие магазина, спустившись в подвал, который считался неприступным, с удивлением обнаружили, что все шкафы взломаны, из них исчезли самые ценные меха. Воры вынесли норковые и песцовые шубы, воротники из черно-бурой лисицы, палантины, меховые шапочки. Всего на сумму двадцать две тысячи рублей. И тут продавцы увидели небольшую дыру в стене. Куда она ведет? Кто ее сделал? О странном ограблении директор тотчас проинформировал сотрудников Московского уголовного розыска.
На место происшествия прибыла бригада сыщиков, которую возглавила женщина, инспектор Екатерина Матвеевна Максимова. В этой должности она находилась уже десять лет, не раз раскрывала самые запутанные дела. Первым делом она спустилась в подвал. Осмотр показал, что дыра в стене – это лаз. Преступники прокопали тоннель либо через улицу, либо из соседнего дома. Человек, наметивший эту операцию, наверняка обладал техническими познаниями. На пути у него были разные стены, городские коммуникации, наконец, фундамент мехового магазина. Какой же был это каторжный труд, сколько дней понадобилось, чтобы прорыть тоннель! Сторож своего места не покидал, милиционер также прохаживался мимо. Невероятное преступление!
Максимова побеседовала с директором, выслушала сотрудников, допросила сторожа и милиционера. Никто ничего подозрительного не замечал. Кому понадобилось рыть подземный ход? Адская работа. Максимова внимательно осмотрела пролом. Он был очень узкий, человек средней комплекции в него бы не пролез, но человек, который долбил фундамент снаружи, должен был обладать недюжинной силой. Похоже, что преступников было как минимум двое.
