100 великих наград полностью

На грязи, на вонючей сырой соломе, под навесом ветхого сарая, на скорую руку превращенного в походный военный гошпиталь, в разоренной болгарской деревушке — с лишком две недели умирала она от тифа.

Она была в беспамятстве — и ни один врач даже не взглянул на нее; больные солдаты, за которыми она ухаживала, пока еще могла держаться на ногах, поочередно поднимались с своих зараженных логовищ, чтобы поднести к ее запекшимся губам несколько капель воды в черепке разбитого горшка.

Она была молода, красива; высший свет ее знал; об ней осведомлялись даже сановники. Дамы ей завидовали, мужчины за ней волочились… два-три человека тайно и глубоко любили ее. Жизнь ей улыбалась; но бывают улыбки хуже слез.

Нежное кроткое сердце… и такая сила, такая жажда жертвы! Помогать нуждающимся в помощи… она не ведала другого счастия… не ведала — и не изведала. Всякое другое счастье прошло мимо. Но она с этим давно помирилась — и вся, пылая огнем неугасимой веры, отдалась на служение ближним.

Какие заветные клады схоронила она там, в глубине души, в самом ее тайнике, никто не знал никогда — а теперь, конечно, не узнает. Да и к чему? Жертва принесена… дело сделано.

Но горестно думать, что никто не сказал спасибо даже ее трупу — хоть она сама и стыдилась и чуждалась всякого спасибо.

Пусть же не оскорбится ее милая тень этим поздним цветком, который я осмеливаюсь возложить на ее могилу!

В Русско-турецкую войну прославилась своей самоотверженной деятельностью на благо страждущих воинов и княгиня Н.Б. Шаховская — основательница Александровской общины сестер милосердия «Утоли мои печали».

Великие люди велики и в малом. Подвижницы духа находились не только на фронтах сражений, были они и в обыденной жизни. Святая любовь не смущается никакими ужасами, и часто сестры милосердия помогали прокаженным, которые отделялись от здоровых и остаток своей жизни проводили в страшном сознании, что только смерть избавит их от мучений. И женщины шли в лепрозории помогать тем, кого порой забывали даже самые близкие родственники.

Известно сердобольное отношение русского человека к заключенным, и сестры милосердия посещали каторжников, сосланных на Сахалин, куда отправляли самых падших преступников, которые всем внушали только презрение, ужас и отвращение. Но сестры верили, что образ Божий, хоть и очень маленькой искоркой, но все еще теплится в них, и шли туда, чтобы своим горячим сердцем разжечь эту искорку. Даже недоступные Петропавловская и Шлиссельбургская крепости, «откуда не выходят, а выносят», открывали перед ними свои ужасные двери. Они приходили к убийцам и безвестным бродягам, ворам и проституткам, бесстрашно беседовали в одиночных камерах с самыми закоренелыми уголовниками и всем несли слово утешения.

Свое состояние Флоренс Найтингейл завещала на учреждение медали, которая Международным комитетом Красного Креста была установлена в 1912 году. Она вручается каждые два года 12 мая — в день рождения Ф. Найтингейл — сестрам милосердия за спасение ими раненых и пострадавших, уход за больными в военное и мирное время, а также в знак признания их исключительных моральных и профессиональных качеств. Фонд на учреждение медали складывается и из отчислений обществ Красного Креста разных стран.

За подвиги и мужество, проявленные в годы Второй мировой войны, 46 русских сестер милосердия были награждены медалью имени Флоренс Найтингейл. В 1975 году эту высокую награду получила ленинградка Вера Ивановна Щекина (Иванова) — «за милосердие к жителям блокадного города, за самоотверженный труд ради спасения детей».