Тем временем Уилсон ворвался к Тому, стал допытывать его, кому принадлежит «роллс-ройс». Бьюкенен убедил автомеханика, что Миртл задавил Гэтсби – ее любовник, после чего обманутый Уилсон застрелил Гэтсби, а затем и себя. На похоронах Гэтсби были всего лишь три человека: Ник, отец покойного и один из завсегдатаев вечеринок. Бьюкенены – истинные виновники трагедии, прямые и косвенные убийцы – уехали перед похоронами, не оставив адреса. В этой истории все оказалось расставлено по своим местам, потому что к концу ее, по словам автора, были растрачены «иллюзии, которые придают миру такую красочность, что, испытав эту магию, человек становится безразличен к понятию об истинном и ложном».
Возникает вопрос: почему Гэтсби – «великий»? Скорее всего, потому, что за иронией писатель скрыл от читателей свою боль по этому незаурядному человеку, растратившему себя в поисках эфемерного счастья и сомнительного богатства, и в какой уже раз подтвердившему своей жизнью и смертью старую истину – «не в деньгах счастье». Заодно писатель указал и на планку пресловутого величия всякого богатства и хваленой, набившей уже всему миру оскомину, «американской мечты».
«Великий Гэтсби» был встречен прохладно. Первые рецензии на роман были резко отрицательными, начиная с заголовков: «Последний неразорвавшийся снаряд Скотта Фицджеральда» и т. п. Прошло четверть века, и американские литературоведы признали, что «Великий Гэтсби» – «непросто хроника века джаза, а драматическое изображение поругания, которому подвергается наивная американская мечта в продажном обществе», а роман стал обязательным в программах средних школ и гуманитарных вузов многих стран мира.
Стоит, пожалуй, задаться вопросом: почему у американцев осталась визитная карточка «Века джаза» и ее автор, а у нас, с 1990-х гг. по сей день переживающих музыкально-бандитский разгул, ничего кроме детективов и «женских романов» да авторов «проектов» и гениев попсы-шансона нет. Наверное, потому, что история, повторяясь, была верна себе – и американскую трагедию трансформировала в российскую комедию.
А ведь сколько уже американских и не американских романов разоблачали эту американскую мечту, а она не только не разоблачается, но захватывает все большие и большие массы, толпы дураков, наступающих на одни и те же грабли. Или ее суть – одурачить весь мир? Что она с успехом и делает, особеннотам, где у человека пусто в голове, пусто на сердце и пусто в кармане.
На русский язык роман вышел в прекрасном переводе Е. Калашниковой.
«Великий Гэтсби» был инсценирован на Бродвее и четырежды экранизирован в Голливуде – в 1926, 1949, 1974 и 2000 гг.
