За исключением крепости, в городе отсутствовали серьезные архитектурные памятники, а дома простых обывателей и дворцы правителей были построены из одинакового материала – обожженной глины. Вокруг – ничего даже отдаленно напоминавшего знаменитую восточную роскошь. Поэтому А. Шлагинтвейт сделал важный вывод: исчезнувшую древнюю цивилизацию Хамар-Дабан, старый богатый город с высокой материальной культурой, разрушенный войнами, следует искать под современными строениями. Но для этого необходимо было заручиться согласием властей. И он отправился к местному правителю Уали-хану.
Уали-Тулла-хан был типичным восточным деспотом.
Его отряды ворвались в Кашгар в первый день празднования Рамазана 1857 г. Захватив город, он приказал разграбить лавки, принадлежавшие китайским торговцам, а на берегу реки Кызыл возвел целую пирамиду из отрубленных вражеских голов.
Когда один из кашгарских оружейников преподнес ему набор только что выкованных дамасских сабель, Уали-хан жестом подозвал сына мастера и одним взмахом отсек мальчику голову. После чего удовлетворенно произнес: «Действительно, хорошая сабля».
Но к А. Шлагинтвейту хан первоначально отнесся благосклонно, понимая, что тот представляет интересы могущественной Британской империи. К тому же путешественник сделал правителю богатые подарки: оружие, карманные часы, подзорную трубу. Подобных диковинок никогда не видывали в Восточном Туркестане. Дополнительно правителю были преподнесены шали из настоящего кашмирского шелка. Уали-хану они пришлись как нельзя кстати для гарема.
В результате немецкий путешественник получил разрешение свободно передвигаться по городу и заниматься научными исследованиями. Высокого, голубоглазого, светловолосого географа, обладавшего столь необычной для этих мест внешностью, постоянно сопровождали на раскопках толпы изумленных зевак.
Однако когда Уали-Тулла узнал, что немецкий ученый отправляется в Коканд, в нем взыграла болезненная восточная подозрительность. Хану непременно захотелось узнать, что же англичане пишут кокандскому правителю, и нет ли тут какой-нибудь тайной интриги? Он вызвал А. Шлагинтвейта во дворец и попросил разрешения ознакомиться с содержанием секретного пакета, на что ученый с достоинством ответил: «Я могу отдать письма только тому, кому они предназначены».
Деспотичный правитель не смог стерпеть столь дерзкого ответа, и судьба А. Шлагинтвейта была решена. Уже наутро его голова украсила одну из многочисленных пирамид, находящихся рядом с рекой Кызыл. Казнили и его спутников-индусов.
Английская администрация в Индии и европейская научная общественность долго ничего не знали о судьбе пропавшей в дебрях Центральной Азии научной экспедиции. Первые смутные сведения о том, что немецкий географ был казнен в Кашгаре, добыл русский путешественник Чокан Валиханов.
В 1877 г. китайские власти восстановили контроль над мятежной провинцией и официально подтвердили: убийство европейца было совершено восставшими мусульманскими фанатиками. Но проводить дальнейшее расследование китайцы не стали.
Только в 1887 г. русский консул в Кашгаре Н.Ф. Петровский установил обстоятельства и точное место казни А. Шлагинтвейта. Он же разыскал некоторые вещи, принадлежавшие исчезнувшей экспедиции: подзорную трубу, термометр, очки путешественника. Несколько позже на месте гибели ученого и отважного исследователя азиатского материка был возведен памятник, установленный на средства Парижского и Санкт-Петербургского географических обществ. Его украшает барельефный портрет А. Шлагинтвейта и две бронзовые памятные доски.
