Наиболее интересным свидетельством оказались воспоминания ветеринарного инспектора У Ба Мьяи-на. В 1930 г. рыбак принес ему самку водяного слона, случайно попавшую в сеть. У Ба Мьяин произвел вскрытие зверька, отчет о котором сохранился. Цвет кожи ее был скорее серым, на каждой ноге у нее также было четыре пальца, длинный хобот достигал земли, зубы йесины были приспособлены для пережевывания растительной пищи. Остатки водорослей обнаружились и в желудке. У Ба Мьяин также полностью отвергает слухи о том, что йесины ядовиты. Еще одного водяного слона У Ба Мьяину удалось поймать в 1935 г. Это был самец, у него имелись клыки. У Ба Мьяин утверждал, что вскрытие дает основание отнести зверька к отряду хоботных, к слонам.
Комиссия ученых внимательно изучила все свидетельства очевидцев. В результате единодушное мнение биологов гласило: вероятность реального существования странного существа, схожего со слоном, но достигающего в длину лишь 10–12 см, велика. Об этом, в частности, свидетельствуют разительно точно совпадающие описания животного, сделанные очевидцами, лишенными возможности сговориться.
Биологи, изучавшие проблему водяного слона, полагают, что именно сходство йесина со слоном создало ему сомнительную и даже страшноватую славу истребителя слонов и окружило его легендами. Йесину стали приписывать «подвиги» ядовитых змей, немало которых водится в реках и прибрежных водах Бирмы. Мумии, принесенные в Революционный совет, оказались подделками – они были смонтированы из трупов крыс и кусочков слоновой кости.
Комиссия разослала в горные районы Бирмы письма с просьбой местным властям способствовать поимке йесинов. Никто не обольщается тем, что завтра в Рангун привезут этих зверьков, ибо пока не доказано даже само существование их. Но ведь и сегодня ученые обнаруживают все новые и новые виды мелких зверей – обитателей тропических лесов и вод. Возможно, среди не открытых еще жителей нашей планеты ждет своего латинского названия и известности маленький водяной слон – неуловимый йесин.
Бузург ибн Шахрияр (X в.), житель одного из портовых городов Персидского залива, записал занимательные сведения морских капитанов о фантастической птице, охотнице за слонами. Видимо, это первая литературная фиксация легенды, где повествуется о далекой, но все же доступной области мира. Любопытно, что имя птицы при этом ни разу не называется. Имя «рух» неизвестно и собеседнику аль-Бируни, якобы видевшему ее во время странствия в степях севернее Китая. Невероятные сведения о рогатой птице, затмевающей в полете солнце, вызвали неподдельный интерес у аль-Бируни, хотя он и не скрывает своего скепсиса относительно ее свойств. Агапий Манбиджский именует ее асфур ал-фил (букв. «птица-слон»), что, по-видимому, должно было показать необычные размеры птицы.
