Отпор монгольским завоевателям организовал Чан Хынг Дао. В начале войны против войск Тогон-Тэмура он решил сохранить вьетнамскую регулярную армию для решающих битв, укрыв её в горах. Столицу было решено сдать без особого сопротивления. Царский двор и государственную казну заблаговременно переправили в горы. Монголы встречали обезлюдевшую, выжженную землю, их разрозненные гарнизоны едва поддерживали связь между собой, снаряжение и припасы с большим трудом доставлялись из соседнего Китая.
Войско хана Тогон-Тэмура захватило столицу Аннама город Ханой. Однако дальше монгольскому правителю Китая успех развить не удалось. Завоеватели так и не сумели достичь южных провинций Дайвьета, постоянно подвергаясь нападениям аннамских партизан. Когда ханское командование решило эвакуироваться из страны на кораблях, ему пришлось столкнуться с царской регулярной армией, которая покинула свои базы в горах.
Чан Хынг Дао вновь нанёс завоевателям несколько поражений, освободил вьетнамскую столицу и в следующем году полностью изгнал монголов обратно на китайскую территорию. Завоеватели потерпели от армии Аннама ряд серьёзных поражений в дельте Красной реки — в битве при Тэйкете в 1285 году, а затем в предгорьях к северу от Красной реки. При этом вьетнамские воины захватили тысячи пленных. Второй завоевательный поход в Дайвьет стоил им ещё больших потерь.
Пока хан Тогон-Тэмур воевал в центральной части Аннама, пытаясь удержаться в Ханое, его тёмник Согату попытался с остатками своего войска выйти на соединение с ханом из области Тьямпу. Однако на аннамской земле армия Чан Хынг Дао разбила войска тёмника Согату и загнала обратно в Тьямпу. Вскоре находившиеся там монголы были разбиты окончательно, а Согату был убит. Они не смогли даже погрузиться на корабли, чтобы покинуть тьямпскую землю. Правитель Китая пытался прийти на помощь тёмнику, но не смог этого сделать из-за сильного вооружённого сопротивления аннамцев.
Успешное отражение первых двух походов монгольских завоевателей позволило полководцу Чан Хынг Дао найти верные тактические приёмы борьбы с противником, имевшим численное превосходство. К тому же монгольские воины оказались хорошими стрелками из лука и были снабжены железным защитным снаряжением. Их военачальники имели большой опыт ведения войны в Китае, отличались решительностью действий и крайней жестокостью.
Регулярная армия Дайвьета не могла в открытом бою противостоять конному войску чужеземцев. Тогда полководец стал умело применять партизанские методы ведения войны, сочетая их в нужный момент и в назначенном им месте. Партизанские отряды преимущественно составляли сельские жители захваченных монголами областей, в большинстве своём вооружённые лёгкими бамбуковыми копьями. Деревенские партизанские отряды часто объединялись в более крупные отряды, предводители которых имели связь с ближайшими помощниками дайвьетовского главнокомандующего или с самим Чан Хынг Дао.
Там, где появлялся неприятель и его конница, партизаны устраивали засады, благо вьетнамская земля изобиловала труднопроходимыми тропическими лесами, небольшими, но полноводными реками, которые являлись основными путями сообщений в Дайвьете. Но монголы вторгались на вьетнамскую территорию в сухой сезон года, когда их конница могла быстро передвигаться, а реки уже не представляли собой большие препятствия для конного воинства.
Полководец Чан Хынг Дао сделал реки своим верным и надёжным союзником. На лёгких и устойчивых в непогоду речных судах он во главе крупных сил регулярной армии свободно перемещался по территории Дайвьета и часто совсем неожиданно оказывался лицом к лицу с отрядами монголов. Речные суда успешно использовали и вьетнамские партизаны, совершая внезапные нападения на захватчиков и столь же быстро покидая поле боя, если силы оказывались неравными.
Главнокомандующий армией Дайвьета создал хорошо отлаженную систему военной разведки. Он был не в силах дать полный отпор монгольским войскам на границе, поэтому завоеватели раз за разом входили на территорию страны. Но уже от самой границы за их передвижениями постоянно велось наблюдение, и монгольские военачальники так и не смогли застать дайвьетовскую регулярную армию врасплох, как это у них получалось почти во всех завоёванных ими землях. Поэтому Чан Хынг Дао всегда имел достаточно полную, а самое главное — достоверную информацию о противнике, его силах, маршрутах движения и походных лагерях.
Монголы не раз пытались окружить войска Чан Хынг Дао, но каждый раз, своевременно предупреждённый своими разведчиками, он отводил армию в более безопасное место или наносил успешный и быстрый контрудар. Для монгольской конницы вьетнамские воины со своими речными флотилиями оказывались часто просто неуловимыми.
