11/22/63 полностью

В понедельник мы с Сэйди отправились в Даллас, я ехал быстро, чтобы успеть до закрытия магазинов. Заведение, которое мы искали, обнаружилось на бульваре Гарри Хайнса[480], неподалеку от Мемориального госпиталя Паркленд. Там мы вылили из себя целую бочку вопросов, а потом Сэйди еще и коротко продемонстрировала, что именно нам надо. Ответы прозвучали более чем удовлетворительные, и через два дня я начал свой второй и последний проект в шоу-бизнесе как режиссер-постановщик «Джоди Джембори» — «Совсем Новое, Совсем Смешное Водевиль-Шоу с Песнями и Танцами». И еще надпись: «Весь сбор пойдет на Доброе Дело». Мы не разглашали, что это за дело, а никто и не спрашивал.

Пара замечаний о Стране Было: там значительно меньше всяких формальных бумаг и намного больше доверия.

8

Собрался действительно весь город, и Дик Симонс оказался прав в главном: похоже, эти хромые шутки не устаревают никогда. По крайней мере, не за полторы тысячи миль от Бродвея.

С такими персоналиями, как Джим Ла-Дью (который и сыграл неплохо, и даже умел немного петь) и Майк Косло (который был абсолютно убойным) наше шоу было похоже больше на шоу Дина Мартина и Джерри Льюиса, чем на выступления мистера Боунза с мистером Тамбо[481]. А скетчи фарсового сорта в исполнении двух атлетичных ребят, воспринимались лучше, чем были того достойны. В зале отлетали пуговицы, люди хлопали себя по коленям. А еще, вероятно, лопнула также пара корсетов.

Вытянула из забвения свое банджо Эллен Докерти; как для леди с таким высоким статусом, играла она довольно убого. И даже хучи-кучи все-таки показали. Майк с Джимом убедили остальных членов футбольной команды выполнить бодрый канкан в панталонах и коротких юбочках, а все, что ниже и выше — лишь голое тело. Джо Пит нашла для них парики, и ребята ввергли зал в неистовство. Похоже, было, что особенно чуманели от гологрудых юношей в париках и всего остального городские дамы.

На финал, разобравшись попарно, на сцене появилась вся труппа, из колонок загремело «В расположении духа», и начался бешеный свинг-дэнсинг. Юбочки взлетали, мелькали ступни; футболисты (теперь одетые в зут-костюмы[482] и в шляпах с маленькими полями) крутили гибких девушек. Последние были по большей части чирлидершами, которые уже хорошо знали всяческие антраша.

Музыка закончилась; смех, запыхавшаяся труппа выступила на авансцену делать поклон; а когда аудитория вновь — уже в третий раз (а может, и в четвертый) с того времени, как был поднят занавес — поднялась на ноги, Доналд еще раз включил «В расположении духа». На этот раз девушки и ребята мигом разбежались по противоположным сторонам сцены и, хватая приготовленные для них на столиках за кулисами кремовые торты, начали ими бросаться один в другого. Зал заревел в восторге.

К этой части шоу вся труппа была готова заранее и нетерпеливо ожидала ее, хотя, поскольку настоящие торты на репетициях не летали, я не был уверен, как оно на самом деле обернется. Конечно, обернулось все лучше всего, как это всегда бывает в битве тортами. Дети знали, что это уже апогей, тем не менее, я держал в рукаве еще один туз.

Когда они вторично вышли на авансцену с поклоном, с лиц сплывает крем, костюмы забрызганы, «В расположении духа» зазвучала в третий раз! Большинство детей начали удивленно оглядываться вокруг, а потому не заметили, как вскочил на ноги учительский ряд с тортами в руках, которые мы с Сэйди заранее спрятали под сидениями. Торты полетели, и трупа вторично утонула в креме. Тренеру Борману досталось два торта, а прицел он имел убийственный: попал и в своего куотербека, и в звезду линии защиты.

Майк Косло, с забрызганным кремом лицом, начал скандировать: «Мистер Э! Мисс Д! Мистер Э! Мисс Д!»

Лозунг подхватила остальная часть труппы, потом зал, хлопая в ритм ладошами. Мы вышли на сцену, рука об руку, и Белингем завел эту чертову пластинку вновь. Дети взяли нас в шеренги с воплями: «Танец! Танец! Танец!»

У нас не было выбора, и хотя я пугал себя тем, что моя девушка поскользнется и свернет себе шею, мы выступили прекрасно впервые со времени Вечеринки Сэйди Хоукинс. Под конец танца я пожал Сэйди обе ладони, она ответила мне коротким кивком — «давай, делай, я тебе доверяю» — и скользнула мне между ног. Оба ее башмачка полетели в передний ряд, юбка дико вспорхнула выше бедер... а она магическим образом одним движением оказалась на ногах, сначала протянув руки в сторону аудитории — которая буквально ошалела — а потом с куртуазностью настоящей леди прижала ими свою измазанную кремом юбку.

У детей, как оказалось, тоже был скрыт свой туз, заготовленный почти наверняка Майком Косло, хотя он про это так никогда и не признался. Несколько тортов они приберегли и, пока мы стояли там, купаясь в аплодисментах, с десяток их, брошенных с разных сторон, попали в нас. Ну, а толпа, как это говорят, окончательно взбесилась.

Сэйди подтянула мое ухо ближе к своим губам, вытерла мизинчиком с него взбитый крем и прошептала: