Кислярскому захотелось спросить: «Скажите, сколько я должен, чтобы никогда больше с вами не встречаться?», но он не успел задать этот вопрос — Семаго с товарищами пошли прочь. А дальше… Дальше Кислярский совершил непростительную ошибку — он не сбежал с места нежелательной встречи. Все-таки Москва расслабляет. В Черных Грязях Кислярский лучше чувствовал опасность. В Москве же дурацкие буржуазные традиции убивают обоняние. Старик Кислярский не сбежал, а продолжал есть клубнику, затем заказал себе фисташковое мороженое, наконец, неторопливо попил зеленый чай. Подружка немножко успокоилась и стала улыбаться, как телепузики. Потом они встали и медленно направились к выходу. Кислярский немножко по-доброму икал. Он не предполагал, что произойдет через минуту. Если бы предполагал, не стал бы есть фисташковое мороженое.
На выходе Кислярского ждали. Люди в камуфляжке и в масках предъявили удостоверения РУБОПа, поставили Черногрязского олигарха и его пионерку к стене и для острастки ударили по ногам. Дальше люди в масках подвели трясущихся от страха понятых и приказали задержанному:
— Предъявите содержимое карманов!
— Сами бросали, сами вынимайте, — отозвался взвинченный Кислярский.
— Так, обвинение при исполнении, — закричал тип в гражданском костюме без маски, — внесите в протокол. Внимание понятых! Извлекаю.
Тип вытащил из кармана бежевого пальто олигарха замасленную гранату.
— Понятые, прошу осмотреть внимательно. Противотанковая граната!
— Какая граната, к чертовой матери! — заревел Кислярский. — У меня пальто за пятнадцать штук зелени. Посмотри, вот видишь, фирма «Зилли». Пятнадцать штук… Зачем мне твоя граната? Зачем мне в гостиницу с гранатой ходить?
— Это следствие выяснит, — отозвался старший над масками.
— Лучше б кокаин положили. Что, двух граммов кокаина жалко? — не унимался Кислярский. — За-срали все пальто. Посмотри, пятна какие. В газетку бы завернули гранату. Никакой культуры. Пальто за пятнадцать, едрена корень.
Тем временем на пресс-конференции вождь получил записку, которую очень ждал.
— Только что произошло событие, вынуждающее меня срочно прекратить нашу встречу, — сказал Вольфрамович после паузы. — У входа в гостиницу задержан террорист с гранатой, который направлялся сюда, к нам. По предварительным данным, им оказался некий Кислярский — житель нашей губернии. До выяснения всех обстоятельств считаю необходимым не подвергать вас опасности и прерваться.
Вождь с партийцами направились к двери, но не слишком быстро — журналисты должны были успеть схватить свои камеры и личные вещи. Огромная толпа с Вольфрамовичем во главе покатилась по коридору и наконец на выходе из отеля докатилась до Кислярского и веселой компании в масках.
Семаго обвел взглядом человека в бежевом пальто с масляными пятнами у карманов и спросил:
— Зачем вы хотели меня убить?
Защелкали фотокамеры, телевизионные люди стали сувать свои микрофоны на длинных палках прямо в нос Кислярскому.
— Потому что ты мне надоел, — заорал Кислярский. — И я решил тебя убить. Купил пальто за пятнадцать штук баксов, гранату за двести рублей, поел суши за двести баксов и пошел тебя взрывать. Девушку вот с собой взял.
— Не пугайте нас девушкой, — отрезал вождь. — У нас тоже кое-что есть. Я надеюсь, решение суда будет скорым и честным.
— Какого суда?! — возмутился Кислярский.
— Лондонского арбитражного во главе с судьей Гаджи Мухамедовым, который закатает тебя, дурака, лет на пятнадцать в марийские лагеря.
Кислярский побледнел. Он вдруг понял, что история нешуточная, что какой-то немыслимый разворот во время поедания суши может оказаться роковым. Иногда судьба человека определяется за считаные секунды. Казалось, прояви Кислярский хитрость, обратись к присутствующим журналистам, расскажи, как все было, и он бы смог выпутаться. Но его вдруг схватило и понесло в другую сторону.
— Ну, если так, дай-ка мне сюда гранату, я хоть душу отведу, взорву тебя с твоей шайкой к чертовой бабушке.
Кислярский сделал необыкновенный прыжок и вырвал гранату из лап одной из масок. Все на мгновение остолбенели — и маски тоже. Кислярский вырвал чеку и издал решительный клич, в который вложил остаток своих эмоций.
— Ебитская сила, — закричал он. Толпа в ужасе отшатнулась. Но взрыва не произошло. Кислярский подкинул раза три гранату в руке и заключил: — Муляж. Обманули. Железка с завода детских игрушек. Ха-ха. И здесь обман. Господа понятые, а господа понятые? Запишите в протоколе — дешевый обман, слюнтявка…
Тут маски опомнились и навалились на Кислярского. Ему заломили руки, отобрали гранату. Для верности еще ударили пару раз по печени. Потом начальник в гражданском сообразил, что вся история снималась, и решил отобрать кассеты у журналистов. Но было поздно. Во-первых, журналистов присутствовало очень много, во-вторых, народ они прыткий — почуяв неладное, быстро рассосались кто куда.
— Что ж, — подытожил вождь, когда Черногрязского олигарха и попавшуюся с ним девку маски посадили в автобус. — Заседание продолжается, господа депутаты. Председательствую по-прежнему я.