…— На немецкие ассигнования большевики стали издавать огромными тиражами «Окопную правду», и эта газета окончательно разложила армию. То есть люди грамотно использовали копейку и отчитались по работе перед кредиторами. А что сделают современные политики? Деньги обязательно возьмут и построят четырехэтажные виллы или поедут с девицами в Монте-Карло. Или купят яхту, как один мой знакомый. Поэтому немцы больше денег не дают. Нет доверия. Предстоит много и упорно работать, чтобы это доверие вернуть.
От исторической части Семаго плавно перешел на актуальные проблемы общества, применил термин «субвенции», скользнул по теме морали и наконец сосредоточился на главном — партийном строительстве.
— Кто сегодня помогает нашей партии? — вопрошал он. — Где те финансовые группы, кланы, картели, которые стоят за партией?
— Пока таких нет, — констатировал пафосный красавец с бородой. Вольфрамович опознал его по рассказам дворника — Чеховский Александр Михайлович.
— Все по чуть-чуть собираем, — сказали Саша и Леша — те самые, о которых тоже говорил дворник, вернее, он говорил об их японском автобусе.
— По чуть-чуть не надо! — воскликнул оратор. — По чуть-чуть надо кушать рыбий жир. Когда последний раз в партию приходили бизнесмены?
Присутствующие молчали, изображая на физиономиях мучительный процесс воспоминаний. Щуплый тип в красной неприличной рубашке вдруг вспомнил:
— Вчера какие-то привалили. Просили помочь открыть магазин в Дворце спорта.
— И что же? — прищурился Владимир Вольфрамович.
— А ничего. Никого в штаб-квартире не было. Они посидели и ушли. Я-то им ничем помочь не могу. Я отвечаю за учет. У меня своих дел хватает.
— Запомните, товарищ: дела бывают в Кремле и у прокуроров. У вас могут быть скромные обязанности. Где бизнесмены?
— Они телефоны свои оставили.
— Оставили? Вызовите их сюда немедленно, сейчас же! Где телефон? Я требую. Плевый вопрос — какие-то магазины в Дворце спорта, это же не ракеты средней дальности в Европе.
Щуплый ушел в свою комнату-конторку звонить. Молодые бизнесмены в цветастых рубашках, фирменных джинсах, с коротко стриженными затылками появились довольно быстро. Семаго даже не успел развить несколько своих тезисов об особенностях партработы в условиях экономического кризиса.
С бизнесменами Владимир Вольфрамович проявил подчеркнутую вежливость, назвал их «надеждой нации» и «будущими министрами», усадил на стулья, предварительно согнав оттуда щуплого и еще одного типа в грязных брюках, а чтобы те без толку не стояли, приказал им заварить чай для гостей.
— Наша партия, — сказал Семаго, — всегда огромное внимание уделяет экономике и неизменно поддерживает предпринимателей. Кому сейчас труднее всех? Кто-то скажет: пенсионерам, одиноким матерям, инвалидам. Неправильно. Сегодня труднее всех людям бизнеса, тем, на ком лежит гигантская ответственность по вытягиванию страны из болота стагнации. Бизнесмена сегодня могут убить…
Ребята немножко дернулись…
— Могут посадить.
Ребята — соискатели магазинов — опять дернулись.
— Могут задавить налогами, затаскать по судам и арбитражам. В конце концов, его могут обмануть, отнять деньги, я уж не говорю про наводнения, землетрясения, съезды и прочий форсмажор. Кто спасет сегодня бизнесмена? Печать, налоговая инспекция, милиция? Никогда. Только мы, только партия нового типа готова сегодня помочь, готова сегодня прийти на помощь.
Тут Александр Михайлович Чеховский прошептал на ухо Конраду Карловичу:
— Посмотрите, как нагло ведет себя. Прямо по-хозяйски.
— У нас сплошные долги, — вздохнул в ответ седой. — Я сегодня из своих денег выплатил дворнику. А этот жулик, кажется, большой. Такой может быть полезен.
— Итак, я слушаю суть проблемы, — подытожил Семаго. — В чем надо поддержать? Скажите, в чем, и мы поддержим.
Один из двух друзей пустился объяснять:
— Воще, мы, мля, точку хотели в Дворце спорта, мля, но директор Жопа, вощем, не дал, мы, говорит, под мусорами ходим, нам пацаны не нужны. А там точка воще вилы… воздух смертельный.
— Все понятно, — резко сказал Вольфрамович. — Но при чем тут жопа?
— Это кликуха у директора такая — Жопа. У него рожа толстая воще… вилы.
— Все понятно окончательно. Для слабоумных перевожу: ребята хотят открыть магазин во Дворце спорта, но директор не дает разрешения, ссылаясь на то, что его торговые точки контролируются милицией, а нормальную молодежь туда не пускают. При этом точка очень выгодная, огромные деньги. Я правильно пояснил?
— Ага, — отозвались бизнесмены.
— Какие будут мнения, господа? — обратился к присутствующим Вольфрамович.
— Нужно поискать подходы к директору. Есть же у него знакомые, родственники, подруги, в конце концов, — задумчиво выдал Чеховский.
— Может, через руководство? Кому подчиняется Дворец спорта? — спросил Леша.
Ребята пожали плечами.