Бальзаминова . Загадаю сама, как умею. (Достает карты и гадает.) Вот что, Матрена: теперь, гляди, сваха зайдет, так поставь-ка закусочки какой-нибудь в шкап.Матрена приносит закуску и уходит. Входит Бальзаминов.
ЯВЛЕНИЕ ВОСЬМОЕ
Бальзаминова и Бальзаминов. Бальзаминова . Что ты так скоро?
Бальзаминов (садится) . Кончено, маменька! Таким дураком меня поставили, что легче бы, кажется, сквозь землю провалиться.
Бальзаминова . Да каким же это манером? Расскажи ты мне.
Бальзаминов . Очень просто. Приходим мы с Лукьян Лукьянычем к ихнему саду, гляжу – уж и коляска тут стоит. Только Лукьян Лукьяныч и говорит мне: «Ну, господин Бальзаминов, теперь наше дело к концу подходит». Так у меня мурашки по сердцу и пошли! «Давайте, говорит, теперь за работу, забор разбирать». Так я, маменька, старался, даже вспотел! Вот мы три доски сняли, а те уж тут дожидаются. Вот он старшую, Анфису, берет за руку: «Садитесь, говорит, в коляску». Потом, маменька, начинают все целоваться: то сестры промежду себя поцелуются, то он и ту поцелует, и другую. Что мне тут делать, маменька, сами посудите? Как будто мне и неловко, и точно как завидно, и словно что за сердце сосет… уж я не знаю, как вам сказать. Я сейчас в ревность.
Бальзаминова . Ты это нарочно?
Бальзаминов . Само собой, что нарочно. Надо же себя поддержать против них. Я, маменька, хотел показать Раисе-то, что я в нее влюблен. Я и говорю Лукьян Лукьянычу: «Какое вы имеете право целовать Раису Панфиловну?» Они как захохочут все. Я, маменька, не обращаю на это внимания и говорю Раисе Панфиловне: «Когда же, говорю, мы с вами бежать будем?» А она, маменька, вообразите, говорит мне: «С чего вы это выдумали?» А сама целуется с сестрой и плачет. Потом Лукьян Лукьяныч сели в коляску с Анфисой и уехали. А Раиса, маменька, прямехонько мне так и отпечатала: «Подите вы от меня прочь, вы мне надоели до смерти», – да, подобравши свой кринолин, бегом домой. Что ж мне делать? Я и воротился.
Бальзаминова . Это оттого, Миша, что ты все от меня скрываешь, никогда со мной не посоветуешься. Расскажи ты мне, как у вас это дело было с самого начала.
Бальзаминов . Порядок, маменька, обыкновенный. Узнал я, что в доме есть богатые невесты, и начал ходить мимо. Они смотрят да улыбаются, а я из себя влюбленного представляю. Только один раз мы встречаемся с Лукьян Лукьянычем (я еще его не знал тогда), он и говорит: «За кем вы здесь волочитесь?» Я говорю: «Я за старшей». А и сказал-то так, наобум. «Влюбитесь, говорит, в младшую, лучше будет». Что ж, маменька, разве мне не все равно?
Бальзаминова . Разумеется!
Бальзаминов . Я и влюбился в младшую. «Я, говорит, вам помогать буду, потом мы их вместе увезем». Я на него понадеялся, а вот что вышло! Вот, маменька, какое мое счастье-то!
Бальзаминова . Как же ты, Миша, не подумал, куда ты увезешь невесту и на чем? Ведь для этого деньги нужны.
Бальзаминов . Я, маменька, на Лукьян Лукьяныча надеялся.
Бальзаминова . Очень ему нужно путаться в чужие дела! Всякий сам о себе хлопочет.
Бальзаминов . А впрочем, маменька, коли правду сказать, я точно в тумане был; мне все казалось, что коли она меня полюбит и согласится бежать со мной, вдруг сама собой явится коляска; я ее привезу в дом к нам…
Бальзаминова . На эту квартиру-то?
Бальзаминов . Вы не поверите, маменька, как, бывало, начну думать, что увожу ее, так мне и представляется, что у нас дом свой, каменный, на Тверской.
Бальзаминова . Жаль мне тебя, Миша! Совсем еще ты дитя глупое.
Бальзаминов . Уж очень мне, маменька, разбогатеть-то хочется.
Бальзаминова . Ничего-то ты в жизни не сделаешь!
Бальзаминов . Отчего же, маменька?
Бальзаминова . Оттого что не умеешь ты ни за какое дело взяться. Все у тебя выходит не так, как у людей.
Бальзаминов . Нет, маменька, не оттого, что уменья нет, а оттого, что счастья нет мне ни в чем. Будь счастье, так все бы было, и коляска, и деньги. И с другой невестой то же будет: вот посмотрите. Придет сваха, да такую весточку скажет, что на ногах не устоишь.Красавина входит.
Да вот она! Вот она!
Бальзаминов и Бальэаминова встают.
ЯВЛЕНИЕ ДЕВЯТОЕ
Те же и Красавина. Бальзаминова . Чем, матушка, обрадуете? Мы тут без вас завяли совсем.
Бальзаминов (Красавиной) . Погоди, не говори! я зажмурюсь, все легче будет.
Красавина. Ох, далеко я ехала, насилу доехала. (Садится.)
Бальзаминова . Откуда ж это, матушка?
Красавина. Отсюда не видать.
Бальзаминов . Погодите, маменька, погодите!
Красавина. Ехала селами, городами, темными лесами, частыми кустами, быстрыми реками, крутыми берегами; горлышко пересохло, язык призамялся.
Бальзаминов . Хлопочите, маменька! Хлопочите скорей!Бальзаминова достает из шкафа водку и закуску и ставит на стол.
Вот, пей, да и говори уж что-нибудь одно.
Бальзаминова (наливает рюмку) . Кушайте на здоровье!
Красавина. Выпью, куда торопиться-то.
Бальзаминов . Ну, ну, поскорее! А то я умру сейчас, уж у меня под сердце начинает подступать.
Красавина. Ишь ты какой скорый! Куда нам торопиться-то! Над нами не каплет.
Бальзаминов . Что ж она не говорит! Маменька, что она не говорит? Батюшки, умираю! Чувствую, что умираю! (Садится.)
