Вы, жители твердынь фиванских славных,Придите и любуйтесь! Вот – трофей!Мы, Кадма дочери, мы зверя изловили:Тут дротик фессалийский ни при чем,И схвачен зверь не сетью, а кистямиРук наших белых. Не к чему теперь,Оружием обвесившись, кичиться!По крайней мере _мы_ его рукой1210 И изловили, и на части телоРазъяли без железа.Где ж отец?Что я не вижу с нами старца Кадма?И где Пенфей, мой сын? Пускай возьметОн лестницу покрепче, и к триглифуВот эту львиную он голову прибьет,Мою добычу в нашей славной ловле.<p>Явление четырнадцатое</p>Кадм(является слева в сопровождении слуг, несущих на носилках окровавленные куски Пенфеева тела, кое-как сложенные. Вначале ни Агава не замечает его, ни он Агавы)
Сюда несите свой печальный груз,Прислужники, поставьте перед домом…Пенфея труп искать пришлось мне долго,И по кускам его я подбирал:В расщелинах глубоких Киферона,1220 В лесу дремучем долго я ходил.Мы с игрища с Тиресием обратноУж городом фиванским шли домой,Когда рассказ ужасный мне поведал,На что дерзнули дочери мои.Я снова – на гору, и вот оттуда внука,Менадами убитого, несу.Я видел там несчастных сумасшедших:Что Аристею сына принесла,Мать Актеонову, с ней Ино в чаще леса.А про Агаву кто-то мне сказал,Что видел, как вакхической стопою1230 Она сюда ушла.(Оборачивается и видит Агаву.)
Был верен слух.О зрелище печальное! О горе!Агава(тоже видит отца, но не видит трупа Пенфея; она обращается к Кадму)
Отец, гордись! Да, дочерей такихЕще никто из смертных не посеял…Ты сестрами гордись, но больше мной:Ты знаешь, как я от станка шагнула?Зверей, отец, руками я ловлю…(Протягивает ему голову на тирсе.)
Вот полюбуйся на мою добычу,И пусть она украсит твой дворец.Прими ее обеими руками.(Протягивает Кадму голову Пенфея, сняв ее с тирса.)
1240 И, ловлей дочери гордясь, зови на пирДрузей, старик. О, разве не блаженствоВкушаешь ты от наших славных дел?Во время этой речи Кадм молча смотрит на Агаву. Головы он не берет и не приближается к дочери.
Кадм
Ты, скорбь, которую не смеришь, не оглянешь:Убили вы – вот дело жалких рук.(С горечью.)
И славную богам повергла жертвуТы, что зовешь нас с Фивами на пир.Да, горе нам: тебе, Агава, горе,А за тобой и мне. Он, этот бог,Был справедлив, конечно, но, жестокий,1250 Не пощадил и рода своего.Агава(не вслушиваясь еще в его слова, но уже несколько озадаченная его тоном)
Ах, любит поворчать людская старость,И ей не угодишь.(Помолчав.)
