Было слышно, как Фабиан роется в карманах. Что-то щелкнуло, и появился свет. В руке ухмыляющегося Фабиана горел маленький, но явно мощный фонарик.
– Я знал, что однажды он пригодится!
Когда глаза привыкли, стало понятно, что это не комната, а узкий проход, расходящийся в две стороны. Справа лестница вела наверх.
Фабиан посветил на стены:
– Cыро.
– И воздух дрянной. – Таня сморщила нос. – Интересно, для чего использовали этот коридор… Может, это один из секретных туннелей?
– Будь он секретным, закрыли бы понадежнее, – со смешком заметил Фабиан. – Наверное, это старая лестница для слуг.
– Ее же перекрыли, – удивилась Таня.
– Так и есть. По крайней мере, на кухне перегородили много лет назад. Флоренс сказала, чтобы тепло зимой не уходило.
– А я думала, что закрыта вся лестница, целиком.
– Я тоже так думал.
– И куда сейчас идти?
Фабиан направил фонарик на лестницу.
– Мы на верхнем этаже, так что эти ступеньки должны вести на чердак. Наверное, нам надо сюда. – Он посветил фонариком в коридор, который шел налево. На стенах из-за постоянной влажности образовались огромные пятна плесени. Внезапный отблеск ослепил Таню.
– Что это?
– Свет фонарика отразился от окна, – сказал Фабиан.
– От окна?
– Вон, присмотрись: оно заросло плющом, поэтому такая темень.
Он был прав. Теперь Таня увидела окно и сквозь грязное стекло разглядела спутанные листья, дико разросшиеся снаружи и почти полностью скрывающие дневной свет.
– Осторожней. Эта часть дома очень старая. Здесь может быть небезопасно, – предупредил Фабиан.
Они начали пробираться в темноту, и деревянный пол заскрипел под их шагами. Отовсюду слышалась возня – Таня задалась вопросом, кто тут, мыши или фейри, и что из этого хуже.
Чуть пройдя вперед, Фабиан остановился.
– Слева от меня дверь. – Он подергал ее. – Заперта.
– Попробуй универсальным, – предложила Таня.
Фабиан наклонился и посветил фонариком в скважину.
– Кажется, с другой стороны уже есть ключ в замке.
– Тогда пошли дальше, – сказала Таня, – посмотрим, есть ли еще двери.
– Подожди. – Фабиан протянул ей фонарик.
– Что ты делаешь? – спросила Таня, когда он, покопавшись в карманах, достал свернутый лист бумаги и маленький моток проволоки.
– Старый известный трюк, – пробормотал Фабиан, разворачивая бумажный лист.
Лист был затерт по линиям сгибов – очевидно, его много раз складывали и разворачивали.
– Для чего это? – спросила она снова, но Фабиан, не отвечая, размотал проволоку и скрутил в тонкий плотный стержень длиной около четырех дюймов[3].
– Должно хватить.
Он просунул бумагу под дверь, оставив со своей стороны примерно дюйм, взял проволочный стержень и аккуратно вставил в замочную скважину. Несколько секунд повращал его, пока не раздался тихий стук. Затем вытянул лист обратно – ключ лежал ровно посередине.
– Потрясающе! – восхитилась Таня.
– Да ладно, – Фабиан скромно ухмыльнулся, – я вычитал это в старом детективном романе. Простая логика.
Таня посмотрела на потертый лист:
– Наверняка ты уже такое проделывал.
Фабиан сложил бумагу и проволоку и убрал назад в карман:
– Раз или два. Хотя если ключ упадет неправильно, то может отскочить в сторону. Нам повезло.
Он вставил ключ в замок и повернул. Дверь открылась, и они вошли в небольшую темную комнатку.
Как и на лестнице, свет сюда не проникал: окно с наружной стороны тоже было полностью увито плющом. У окна приткнулся украшенный резьбой деревянный сундук под серым покрывалом из пыли. Угол занимал огромный гардероб с приоткрытой дверцей, будто кто-то впопыхах вышел из комнаты, да так и не вернулся. Посередине стояла красивая кроватка с вышитым комплектом постельного белья, развернутым словно в спешке. В кроватке лежал маленький потрепанный медвежонок. Таня осторожно взяла его в руки и обнаружила неровную прореху, из которой торчал комок грязной набивки.
– Здесь была детская, – сказала она.
Внутри плюшевого мишки что-то зашевелилось. Удивленно вскрикнув, Таня отбросила его назад в кроватку.
– Что такое? – спросил Фабиан.
– Кажется, в нем мыши.
– Жутковатая комната, как по мне. – Фабиан поднял крышку сундука. В воздух взметнулось облако пыли, заставившее его чихнуть три раза подряд.
В сундуке лежал еще один мишка, несколько кукол и старая юла. Чертик из табакерки валялся сломанный, с торчащей ржавой пружиной.
– Ты прав. – Таню пробрала внезапная дрожь. – Жутко тут.
– И знать не знал про эту комнату, – сказал Фабиан.
Он осторожно приоткрыл вторую дверь и воскликнул:
– Взгляни-ка!
Таня подошла ближе и посмотрела, куда он направил фонарик.
Дверной проем загораживало что-то массивное и деревянное.
– Задняя стенка шкафа. Кто-то основательно потрудился, чтобы этот вход в комнату не нашли.
– Из-за плохого дела, – произнес вдруг глухой, хрипловатый голос.
Таня застыла на месте, а Фабиан никак не отреагировал, будто ничего не слышал. Медленно она вернулась к кроватке. Плюшевый медвежонок пошевелился, и из прорехи показалось маленькое сморщенное лицо. Какого пола было существо – непонятно. Кожа пыльная и серая, выступающие передние зубы походили на зубы грызуна.
