- Что, босс? - переспросила Иния. - Простите, я не расслышала.
- Я говорю, должен быть еще путь, - уже громче сказал Антон. - Правильный. Он всегда есть.
- Вы уверены?
Красные огни над воротами недвусмысленно сигналили, что законного прохода для гражданских лиц здесь нет.
- Так сказано в Откровении, - уже менее уверенно произнес Антон. - Восьмая заповедь. Никогда не сходите с пути Истины. А если сходить нельзя, как так может быть, чтобы пути не было?
- Ну, например, когда уже приехали.
Прозвучало очень пессимистично и очень похоже на правду. Антон вздохнул.
- Может и так, - сказал он. - Но давай подумаем еще, - последнее прозвучало совсем не по-начальственному и Антон поторопился сгладить впечатление: - Ведь как сказано в Откровении: только путь Истины ведет к истинному богатству. Ты ведь хочешь истинного богатства?
- Да я вообще на любое согласна, - ответила Иния.
- Вот, - сразу подхватил фразу Антон, словно бы другого ответа и не ожидал. - А любое богатство - это благословение Мамоны, а оно достается только тем, кто поступает правильно. А чтобы поступать правильно, должна же быть хоть какая-то возможность так поступать!
Иния кивнула и наморщила лоб. Антон буравил взглядом стены, словно бы надеялся прожечь в них дыру, пригодную для прохода шагохода.
- А не незаконным путем - правильно? - спросила Иния.
- Как это - не незаконным?
- Ну-у… - протянула Иния и развела руками. - Это когда никто не запрещает. Как мы с вами прошли через отстойник в городе. Помните?
Антон машинально кивнул.
- Это там, где нас чуть было не ограбили? - добавил он. - Помню-помню. Ну да, так, наверное, можно. Не запрещено же. Только, желательно, без грабителей.
- Без грабителей - не обещаю, - сказала Иния. - Народец там всякий бывает. Тут уж как повезет. Но вообще пройти можно.
- И точно не запрещено? Насколько я знаю, при закрытии города все проходы закрывают.
- А там нет прохода, - пояснила Иния. - Но пройти можно, - она махнула рукой и добавила: - Там многие ходят.
Антон почесал подбородок. Выглядело так, словно Иния действительно нашла правильный путь. Он наверняка будет тернистым - Антон еще не забыл свое путешествие по нижним этажам родного города - но если не запрещено, то грех упускать такую возможность.
Другое дело, что расширенное толкование заповедей откровенно отдавало реформацией. Самые радикальные ее адепты даже продвигали лозунг: "разрешено всё, что не запрещено". Это, конечно, уже ни в какие ворота. Так никаких запретов не напасешься. Однако вслед за этим Антон подумал, что в данном конкретном случае толика реформации может спасти правоверного ортодокса. К тому же он ведь не только ради себя старался, тут целый еретический заговор под боком.
- Показывай путь, - скомандовал Антон, положив руки на рули.
Иния указала рукой в сторону реки. Там с внешней стороны к городской стене примыкало нечто среднее между огромной лесопилкой и самой дырявой крепостью в мире. Деревянные балки образовывали каркас стен, которые лишь кое-где были обшиты досками. Канатная линия приходила туда. На глазах у Антона подвесная платформа с бревнами проехала через проем в каркасной стене и, уехав вниз, скрылась из виду.
- Только на шагоходе мы там не проедем, - сказала Иния. - Придется идти пешком.
- По земле?
- Ага, - Иния кивнула.
- Это рискованно.
- Ага. Безопаснее дать взятку таможне.
- Иния!
- Что?! Босс, я механик, а не чудотворец. Я знаю всего два способа попасть в город прямо сейчас. Или через взятку, или по земле, - она указала на крепость. - Решать вам.
Антон вздохнул. Нет, не зря он был против реформации. Вечно там в итоге все не хвала Мамоне! Антон еще раз вздохнул, уже более основательно, и сдал шагоход назад. Обойдя "Оленя", "Жаворонок" направился к реке.
- Иния, - позвал Антон. - А где ты предлагаешь шагоход оставить?
- На разборке, - сразу ответила девица.
Видимо, успела подумать и об этом. Антон хмыкнул.
- Думаю, он мне еще пригодится.
- Надо разборщикам денег дать, - сказала Иния. - Тогда они повременят с разборкой.
- Много?
- Нет, - Иния помотала головой и пояснила. - Если дать много, аппетит проснется. Давайте я договариваться буду.
- Давай.
Пушки проводили "Жаворонка" до самого берега, и отвернулись лишь когда шагоход ступил на лед.
Дырявая крепость действительно оказалась лесопилкой. Точнее говоря, там стояли машины, способные украсить собой любой самый взыскательный роман ужасов, и превращали одни деревянные предметы в другие, чуть более аккуратные. Затем эти другие предметы грузились на платформу уже внутренней канатной линии и уезжали в город.
Разборка занимала самый дальний сектор лесопилки, уже на другом берегу. Разбирали там не только шагоходы. Своей очереди на огороженном частоколом участке ожидала и странная на вид махина с паровым лифтом внутри, и даже баржа, которую уже успели вытащить на берег и снять с нее часть левого борта. Впрочем, работы велись столь неторопливо, что внутри успели обосноваться лисицы. Когда "Жаворонок" протопал мимо, целое семейство высыпало посмотреть, кто пришел.
