– Как что?! – удивился Сварщик. – На балконе приспособлю, в качестве барных стульев!
Хотя самое прикольное было расположенное поблизости кладбище велосипедов. Автомобильные кладбища я наблюдал и в России, а вот такое видел впервые: сотни спортивных, дорожных, дамских, детских и прочих велосипедов были свалены таким образом, чтобы образовалось своеобразное ограждение кладбища. В беспорядке торчали хромированные рули, посверкивая на солнце; виднелись покореженные педали, изогнутые восьмеркой колеса; и ощущение от всего этого было вполне фантастическое.
Второй день в Стурджисе тоже провели весело. Встретили много разных людей, например кругосветчика из Бразилии, который вез с собой прицеп-палатку, разукрашенную гербами десятков стран, в которых побывал. В этой палатке, установленной прямо на улице Стурджиса, он и жил.
Видели, как на маленькой зеленой лужайке в центре города был надут маленький бассейн, где купалась молодая худенькая байкерша, а рядом развалился на походном стульчике толстый татуированный мужик в шортах и в кепке, с сигарой во рту. Дополнял эту странную картинку воткнутый в землю рядом с бассейном американский флаг. Девушка вздымала брызги в минибассейне, а ее массивный приятель пускал клубы дыма изо рта и лениво озирал мотоциклетные кавалькады, что прокатывались по улице.
Видели танцующего полицейского, тот регулировал движение в центре города. С широкополой американской шляпой на голове, в узких форменных брюках, он свистел в свисток, как и положено полицейскому, но при этом выдавал под музыку прикольные танцевальные движения. А еще время от времени вставал перед проезжающими байкерами на колени. Где такое еще увидишь?!
Веселье прервал ураган, налетевший внезапно. Появилась темная, почти черная туча, ливанул дождь, и мы вынуждены были вернуться в отель. Мы успели еще по хорошей погоде заменить переднее колесо на Мишином мотоцикле и были готовы к дальнейшей дороге.
Что тут сказать? Скажу одно: впечатления от мегаглобального байкерского фестиваля останутся в нашей памяти навсегда – точно так же, как Ниагарский водопад.
Вокруг нас – дикая, первозданная природа. Скалы, поросшие хвойным лесом, а вдоль дороги мелькают дорожные знаки с изображениями диких животных. На одном желтом кругляке нарисована медведица с медвежатами, а вот изображен переходящий дорогу бизон.
– Кто-нибудь заметил гризли? – спрашиваю спутников на очередной остановке.
– А был гризли?! – удивляется Миша. Вижу, как глаза девушек округляются и они в испуге озирают окрестности. Я решаю не погружать команду в панику.
– Не было. Но нас ведь предупреждали на въезде: появление медведей не исключено. И лоси с бизонами могут появиться, так что надо быть внимательными. Усаживаемся на мотоциклы, после чего продолжаем движение в глубь Йеллоустонского парка.
Мотор «Харлея» надсадно ревет – движемся в гору. Переключаюсь на пониженную передачу, и правая рука выкручивает газ до предела. Спина напряжена, руки и ноги уже затекли от длительного переезда, но я упорно преодолеваю подъем. Затем дорога вниз, когда уже требуется притормаживать, но скорость все равно приличная, из-за чего флажок с эмблемой «Сел и поехал» за моей спиной начинает трепетать на ветру. Глядя в зеркало, вижу Мишу с Соней, за ними – Славу с Настей, и душа спокойна: команда на месте, движемся по намеченному маршруту.
Южную Дакоту, подарившую нам классный праздник, покинули не без сожаления. Но дорога опять звала вдаль, ведь мы не проехали и половины пути. Впереди были западное побережье, Тихий океан, затем проезд по южным штатам – много всего.
Стурджис отпустил не сразу. Мы стремительно двигались на запад, но в ту же сторону ехали еще сотни байкеров, как и мы, покинувшие фестиваль. Кто-то обгонял нас, кого-то обгоняли мы, и все время – приветствия, улыбки, так что атмосфера фестиваля, как шлейф, тянулась за нами еще миль сто.
Откручивая ручку газа, я бросал взгляд на правую руку и видел на запястье купленный в Стурджисе байкерский браслет. Сделанный из маленьких стальных черепов, он смотрелся брутально и служил напоминанием об оставшемся в прошлом празднике. Следующие пару тысяч миль браслет меня грел, напоминая о фестивальном отрыве. Жаль, что в Калифорнии я его потерял.
В безлюдных степях на границе штата Вайоминг запомнились нефтяные качалки. Мы привыкли к огромным нефтяным вышкам, что качают нефть где-нибудь в Тюмени или Сургуте, здесь же качалка была на удивление маленькой, похоже самопальной. Или купленной в одном из придорожных маркетов. В одном месте мне действительно показалось, что эти устройства продаются поштучно и оптом: стояло несколько качалок прямо у дороги, перед ними висел плакат с номером телефона, так что покупай – и делай бизнес, благо индивидуальная нефтедобыча – если ты хозяин земли – в Штатах разрешена.
