Итак, из этой истории Азеф вышел чуть ли не в белых одеждах. Однако появился человек, который провокатора дожал.
«Он родился в 1862 году в семье штабс — капитана в форте Александровский Закаспийской области. Воспитывался у дяди в г. Бирске Уфимской губ.
Семья была религиозной, но даже в ней Бурцев выделялся крайней религиозной экзальтацией, мечтая о поступлении в монастырь. Но вместо монастыря он попал в университет, сначала Казанский, а затем в Московский, в котором его экзальтированная религиозность нашла новый предмет поклонения: Бога заменил Желябов, православную церковь — "Народная воля".
В дальнейшем он всегда называл себя народовольцем, хотя, видимо, он трактовал это понятие несколько широко. Участие в народовольческих кружках заката и падения "Народной воли" предполагало один путь, и Бурцев пошел по нему — первый арест в конце 1882 года за участие в студенческом кружке, после освобождения — продолжение той же деятельности и новый арест "за связь с народовольцами" в 1885 году, ссылка в Иркутскую губ., откуда он в 1888 году бежал за границу. Уже тогда сложились его политические взгляды, которым он остался верен всю оставшуюся жизнь. Эти взгляды он проповедовал в газете "Свободная Россия", которую он начал издавать в Женеве в 1889 году: террор для завоевания политической свободы, объединение либералов и революционеров для этой цели, никаких крайних социальных экспериментов. Восстание в декабре 1905 года Бурцев назвал несчастьем, отрицательно отнесся он к Выборгскому воззванию1, считая его слишком революционным. Но террористом, правда, террористом теоретическим (он никого на свете не убил и никогда не держал в руках огнестрельного оружия), был крайним.
В 1897 году в Лондоне он начал издавать журнал "Народоволец", в котором упорно призывал к убийству русского царя. Вообще Бурцев всю жизнь отличался какой-то особенной, во много раз большей, чем у других революционеров, куда более крайних, чем он, ненавистью к Николаю II».
Как видим, опять знакомая позиция: террор как путь для завоевания чисто либеральных свобод. Тем не менее, Бурцев был единственным русским революционером, которого по настоянию российского правительства английский суд в 1896 году осудил на полтора года каторги за пропаганду убийства Николая II, которые он честно отсидел. Между прочим, тогдашняя английская тюрьма — это не современная, она была похуже тогдашней российской.
Он вернулся в Россию после манифеста 17 октября и начал издавать журнал «Былое» исторически — мемуарного направления. Вообще-то Бурцев производил впечатление типичного интеллигента не от мира сего, которых тогда в левой среде было множество. Вот как описывает его журналист С. Минцлов:
