- Тогда не подпишете ли вы мне этот снимок, миссис Джексон? - Я дал ей ручку “Люмоколор”, которая четко пишет черным на фотобумаге, и продиктовал, что этот человек приходил в дом Филипа Нора, назвавшись налоговым инспектором, в пятницу, 27 ноября.
- Все? - спросила она.
- Подпишитесь, миссис Джексон. И не напишете ли то же самое на обороте другой фотографии?
Она сосредоточенно подписала.
- Вы отдадите это в полицию? - спросила она. - Я, честно говоря, не хочу, чтобы они снова мурыжили меня. Они опять придут донимать меня вопросами?
- Не думаю, - ответил я.
Виктор Бриггз приехал в своем “Мерседесе”, но в Даунс он поехал с Гарольдом в “Лендровере”. Я же отправился верхом. Этим утром мы все были в общем довольны скачками, и теперь каждый по-своему возвращался к конюшням.
Когда я въехал во двор, Виктор Бриггз стоял у своей машины и ждал. Я соскочил с лошади и отдал ее одному из конюхов.
- Садись в машину, - сказал Виктор.
Как всегда, слов он не тратил. Он стоял, одетый как обычно, как всегда, раскрасневшийся на холодном ветру, омрачая день. Если бы я мог видеть ауры, его была бы черной.
Я сел впереди на пассажирское сиденье, там, где он указал. Он сам сел за руль. Запустил мотор, снял машину с тормоза, включил передачу. Груда металла тихо выехала из Ламборна, направляясь в Даунс.
Он остановился у обочины большого газона, откуда было видно половину Беркшира. Отключил мотор, откинулся в кресле и сказал:
- Ну?
- Вы знаете, что я собираюсь сказать? - спросил я.
- Я кое-что слышал, - сказал он. - Я много что слышал.
- Знаю.
- Я слышал, что ден Релган напустил на тебя своих головорезов.
- Да? - Я с интересом посмотрел на него. - И где же вы это слышали?
Он слегка дернул ртом, но все же ответил:
- В игорном клубе.
- И что именно вы слышали?
- Ведь это правда? - сказал он. - В воскресенье у тебя на физиономии все еще были отметины.
- А почему, вы не слышали?
Он снова дернул ртом, изобразив подобие улыбки.
- Я слышал, - сказал он, - что ты добился, чтобы ден Релгана вышвырнули из Жокейского клуба куда быстрее, чем он туда пролез.
С такой же усмешкой он посмотрел на мое изумленное и встревоженное лицо.
- А вы не слышали, как я это сделал?
- Нет, - с едва заметным сожалением ответил он. - Просто, что ты это сделал. Слышал разговор этих горилл. Тупые мордобойцы. Ден Релган найдет неприятностей на свою голову, используй их. Они не умеют держать язык на привязи.
- Они… мм… работают по найму?
- Вышибалами в игорном клубе. Бицепсы по найму. Как ты и сказал.
- Они избили жену Джорджа. Вы и об этом слышали?
После короткого молчания он кивнул, но комментировать не стал.
Я смотрел на его замкнутое лицо, туго обтянутое кожей, на черную бородку. Скрытный, неторопливый человек с подслушивающим устройством, подключенным к малоизвестному мне миру. Игорные клубы, наемные гориллы, какие-то слухи из преступного мира…
- Те головорезы сказали, что оставили тебя подыхать, - сказал он. - И неделю спустя ты выигрываешь скачки.
- Они преувеличивали, - холодно заметил я.
Он снова дернул ртом и покачал головой.
- Один из них был испуган. Трещал без умолку. Сказал, что они слишком переборщили… с ботинками.
- Вы хорошо их знаете?
- Они болтают.
Снова молчание. Затем я бесстрастно сказал:
- Джордж Миллес посылал вам письмо.
Он поерзал на сиденье с почти успокоенным видом, выдохнул. Наверное, он этого ждал. Терпеливо ждал. Отвечал на вопросы. Держался любезно.
- И давно оно у тебя? - спросил он.
- Три недели.
- Ты не смог бы им воспользоваться. - В его голосе слышалась слабая дрожь торжества. - Ты сам попал бы в переплет.
- Откуда вы узнали, что оно у меня? - сказал я.
Он моргнул. Поджал губы. Медленно выговорил:
- Я слышал, что ты заполучил миллесовы…
- Что?
- Документы.
- А, - сказал я. - Милое безликое словечко - “документы”. Откуда вы узнали, что они у меня? Как я, по этим слухам, получил их? От кого?
- Ивор сказал, - ответил он. - И Дана. Каждый по отдельности.
- А мне не расскажете?
Он подумал, окинул меня невыразительным взглядом, затем сказал с неохотой:
- Ивор был слишком зол, чтобы держать язык за зубами. Слишком много наговорил о тебе… вроде того, что ты мерзкий ворюга… что ты в пятьдесят раз хуже Джорджа Миллеса. А Дана… на следующий вечер она спросила, знаю ли я, что у тебя есть копии писем Джорджа Миллеса и что ты их используешь. Спросила, не могу ли я помочь ей получить назад ее письмо.
Теперь я улыбнулся.
- И что вы ответили?
- Я ответил, что не могу ей помочь.
- Вы говорили с ними всеми в игорных клубах? - спросил я.
- Да.
- Это… ваши клубы?
- Не твое дело, - ответил он.
- Ладно, но почему бы не сказать мне?
Он немного помолчал.
- У меня есть два партнера. Четыре игорных клуба. Клиенты в большинстве своем не знают, что я владелец. Я толкусь там. Играю. Слушаю. Я ответил на твой вопрос?
- Да, спасибо, - кивнул я. - Эти гориллы - ваши вышибалы?
- Я их использую, - строго сказал он, - как вышибал. И не посылаю их избивать женщин и жокеев.
- Стало быть, немного подхалтуривают на стороне? Не так ли?
Он ответил уклончиво.
