«Энергия» проиграла сегодняшний матч. Тренер Анисимов был хмур, устал и недоволен. Один из его лучших нападающих пропустил почти две трети игры и, хотя успел немного засветиться на площадке, всё же выглядел так, как будто по нему туда и обратно проехала лёдозаливочная машина.
Это его звено сегодня пропустило решающую шайбу. Но Дмитрий Сергеевич не сердился на сына и не сделал ему ни единого замечания. Команда была в недоумении, ведь обычно Данька получал на орехи за любую малейшую оплошность. Свет на ситуацию пролил вездесущий Мельников, который имел доступ в раздевалку к взрослым хоккеистам, и теперь все уважительно смотрели на младшего Анисимова и старались не приставать с расспросами.
После игры Саша с папой и братом всю дорогу ехали домой в тишине. А когда отец остановил машину во дворе, она ещё несколько секунд неподвижно сидела в салоне, вспоминая то, что так её сегодня потрясло.
В доме у Анисимовых никогда не было живности, и она понятия не имела, как это – жить с мохнатыми существами под одной крышей. Собаки казались ей дружелюбными и открытыми животными. Но сегодня они проявили себя по-другому. И самое страшное: нет никаких гарантий, что эта свора убралась из их двора навсегда и больше здесь не появится.
Переступив через порог родного дома, они тут же услышали от мамы приглашение садиться за стол. За ужином повисла усталая тишина, в воздухе плавала какая-то безжизненная энергия. Не хотелось ни двигаться, ни разговаривать. Саша неохотно ковырялась в тарелке с овощным рагу, ожидая, что кто-нибудь из родителей вспомнит о пропущенных уроках и накрутит ей хвост. И даже Данька, всегда отличавшийся отменным аппетитом, молча размазывал еду по тарелке.
Только папа спустя несколько минут негромко спросил, как будто вспомнив:
– Как себя Женя чувствует?
Мама в ответ огорчённо выдохнула:
– Укус нестрашный, обойдётся, но она напугана очень сильно. Из-за стресса нам с ней придётся пропустить завтрашний конкурс.
Отец хмыкнул, изогнув уголок рта в невесёлой улыбке:
– Несчастливую какую-то мелодию ты ей выбрала!
Данькина ложка слишком громко ударилась о тарелку и, не доев немного, он отодвинул от себя посуду с остатками рагу. Сложил руки на столе и, перенеся на них свой вес, словно маятник, покачался взад-вперёд.
– Отпусти меня, пап!
Отец взглянул на него и чётко проговорил каждое слово:
– Мы же договорились с тобой: подыщем хорошее предложение после того, как завершится сезон!
– Пап, мне сейчас надо!
– Даня! – повышая голос, отец хлопнул по столу увесистой ладонью. – Ты готов сорваться в любую дыру! А я не хочу отпускать тебя в команду, которая не вылезает из «подвала» Профессионалки! Тут нужен умный подход! Ты всё успеешь! У тебя полно времени! Куда ты всё время рвёшься?!
Данька издал какой-то беспомощный рык и, едва не перевернув стол, вскочил и исчез где-то в квартире. Саша замерла, стараясь сделаться как можно незаметнее, и увидела, как мама положила на широкое запястье отца свою маленькую изящную руку с тонкими пальцами.
– Отпусти его, Дим!
Папа тут же поднял на неё изумлённый взгляд – она постоянно тряслась и переживала за своего ненаглядного первенца. И очень не любила, когда он уезжал из дома. А теперь сама просит его отпустить?
– Дим, кажется, он отсюда рвётся! – предположила мама.
Саша во все глаза смотрела на родителей и, озарённая неожиданной догадкой, даже на секунду разинула рот и тут же закрыла ладошками нижнюю часть лица.
Мама легонько побарабанила пальцами по предплечью отца, словно по клавишам пианино, и добавила чуть увереннее:
– И да – ему всё равно куда! Лишь бы подальше из дома и… от кудряшки…
Первые тренировки после выздоровления и длительного перерыва давались Денису непросто. Юниорская команда «волков» была рада его возвращению в состав, но пока ему самому казалось, что на фоне дублёров он выглядел не очень внятно.
Почти каждые выходные юниоры принимали гостей во время отсутствия взрослых хоккеистов. А когда основная команда города играла на домашнем льду, мальчишки выезжали на товарищеские встречи в соседние города. И прямо накануне очередной такой поездки тренер юниоров Чирков сообщил всей команде, кого берёт с собой.
Дениса он решил оставить дома. Ковалёв воспринял это известие стойко. Улыбнулся одними губами, понятливо кивнул, а в душе уже засобирался расстроиться и разозлиться на себя за то, что мало сделал для восстановления. Но хитрый наставник выдержал театральную паузу и добавил:
– Тебя Сергей Иваныч просил оставить дома на эти выходные, выйдешь на лёд в основе! – а потом поднял вверх указательный палец: – Но! Дублёром, скорее всего. Хотя, может быть, он тебе даст немного поиграть.
Настроение тут же заиграло новыми красками. А когда ребята за него порадовались, хлопая по плечам и взлохмачивая ему волосы, стало совсем хорошо.
– Так что давай, соберись! Может, он тебя ещё в плей-офф возьмёт!
– О-о-о! – одобрительно застучали клюшками пацаны.
